2/3

Утренний кофе в боксах пах так же, как и всегда: горечью, потом и дешёвым пластиком. Пор пришёл за час до начала тренировки, надеясь поймать момент, когда Тити ещё не проснулся, — передохнуть от его присутствия. Но надежды разбились о реальность: красный байк уже стоял на треке, а его владелец сидел на бордюре, потягивая энергетик.

— Ранняя пташка, — бросил Пор, проходя мимо. — Не спалось? Совесть замучила?

— Совесть? — Тити повернул голову, и в его глазах блеснуло что-то опасное. — А с каких пор у гонщиков есть совесть? Я просто люблю смотреть на трассу, когда она пустая. Так легче представлять, как я выигрываю.

— Ты и так выигрываешь. Скучно не стало?

— От побед не скучают. А вот от людей, которые вечно думают о моих победах больше, чем я сам, — да. — Тити встал и отряхнул джинсы. — Знаешь, Пор, это почти жалко. Ты тратишь на меня столько мыслей. Столько нервов. А я даже не запоминаю цвет твоих перчаток.

— Красные, — мгновенно ответил Пор и тут же прикусил язык.

Тити замер. А потом расхохотался — громко, искренне, с запрокидыванием головы.

— Ты запомнил цвет моих перчаток? Серьёзно?

— Я запоминаю детали. Это помогает в гонке.

— В гонке? Или в том, чтобы потом прокручивать их ночью в постели? — Тити шагнул вплотную и наклонился к самому уху. — Ты думаешь обо мне, когда остаёшься один? Я для тебя кто — соперник или фантазия?

Пор отшатнулся, ударился спиной о стойку и чуть не свалил кофемашину. Щёки горели. Горло пересохло. Он ненавидел этот момент каждый раз — когда Тити загонял его в угол не физически, а словами, от которых хотелось провалиться сквозь землю.

— Ты... ты псих. — Голос дрогнул. — Что за вопросы?

— Обычные. — Тити пожал плечами и вдруг отступил, давая возможность выдохнуть. — Ты слишком остро реагируешь, вот и всё. Если тебе так неприятно моё внимание, попроси перевести тебя в другую команду.

— Я не буду просить, — выдавил Пор, выпрямляясь. — Я тебя обыграю. Без всяких переводов.

— Упрямый, — усмехнулся Тити. — Мне нравится. Но знаешь, в чём твоя проблема, Пор? Ты путаешь упрямство с талантом. А таланта у тебя ровно столько, чтобы быть вторым. Вечно вторым.

И он ушёл — как всегда, не оглядываясь.

А Пор остался стоять, сжимая чашку с остывшим кофе, и думать. Не о гонке. О том, что Тити впервые назвал его по имени. «Твоя проблема, Пор». Не «зайка», не «малыш», не «отстающий». По имени.

— Это ничего не значит, — прошептал он. — Это просто психологический приём. Он хочет, чтобы я думал о нём ещё больше.

Но сердце стучало: значит. Значит.

---

Тренировка прошла как в тумане. Пор трижды чуть не упал на поворотах, потому что краем глаза ловил красный байк и терял концентрацию. После финиша он откатился в дальний угол бокса, снял шлем и уставился в одну точку.

— Ты сегодня никакой, — раздалось сзади.

Он не обернулся. Знал, кто это.

— Отстань, Тити.

— Я не отстаю. Я пришёл предложить сделку.

— Не интересно.

— А зря. — Тити обошёл его и присел на корточки, заглядывая в глаза снизу вверх. Этот приём он тоже использовал часто — ставить себя ниже физически, но выше психологически. — Хочешь научиться проходить девятый поворот без потери скорости?

Пор поднял голову. Глаза Тити были серьёзными. Почти честными.

— Зачем тебе меня учить?

— Потому что скучно выигрывать у того, кто не может дать бой. Я хочу, чтобы ты стал сильнее. И тогда моя победа будет стоить дороже. — Пауза. — Или ты боишься?

— Я ничего не боюсь, — соврал Пор. Он боялся всего: своего пульса, своей реакции, того, что Тити снова коснётся, и он забудет, как дышать.

— Тогда завтра в семь утра. Трек. Я покажу тебе траекторию. — Тити встал. — Форма — любая. Но без защиты.

— Без защиты? Это опасно.

— Для тебя — да. Для меня — нет. — Улыбка. — И да, Пор. Перестань так на меня смотреть. А то я подумаю, что ты влюблён.

И он ушёл. Снова. Оставив Пора с бешено колотящимся сердцем и единственной мыслью: «Он назвал меня по имени дважды за день. Это... это что-то значит».

Он ошибался. Это ничего не значило. По крайней мере, для Тити.