22.
ᅠᅠᅠ ᅠᅠ ᅠᅠ «Господь — Пастырь мой;
я ни в чем не буду нуждаться» (Пс. 22).
ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------
каждая служба в церкви проходит тихо, смиренно, в полном молчании со стороны хора и со стороны епископа, ибо в этом храме, в этом помещении и на этой земле - слово со стороны кого-то из священнослужителей или других прихожан церкви, считалось грехом. всегда эта церковь стояла безмолвна и слышно можно было только иногда речи служителей, священников и тихий гул от пения хора. обычные разговоры - вне периметра храма. никаких ссор, скандалов и слез на территории, никаких радостей и мирских потребностей.
церковь на отшибе, да за дело. никогда не проводились в ней венчания илм крещение детей, никогда не приходили люди на праздники сюда. лишь отмаливали грехи, так обряды экзорцизма проводили.
взгляд каждого, кто был при храме и действовал в интересах веры и религии - был тяжёлый, тёмный, почти удушающий. многие кто приходилм впервые в итоге быстро убегали обратно. все знали, что церковью заведует никто иной как дьявол, архидьявол. это была его территория, его место. никто никогда не видел его или его проявлений, но все верили в это. церковнослужители сами верили в это, сами знали, что далеко не Богу уходят их молитвы, что от Бога они дальше, чем могут быть. но знали, что их семьи, близкие и друзья под надежной защитой, пусть и ценой души и жизни. пусть даже и не своими. в этом жестоком мире либо ты - либо тебя. и эти люди не были готовы пасть в ноги тем, кто выше и сильнее. они выбрали самим стать таковыми.
ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------
все знали, что Сонхва копит грехи как копилка, все знали что именно он ближе всех к их "богу", что именно его слышат и слушают. и сам Сонхва знал это, каждое его слово принимали и давали, что он просил. спать ему было тяжко, жить ещё хуже. каждую секунду рядом с собой он чувствовал " что-то " он никогда не был "один" их всегда было двое. даже в пустой комнате, даже в пустой церкви, даже в кровати. ему не было покоя нигде. этот дьявол ходит за ним по пятам, именно из-за Сонхва эта церковь стала такой.
его контракт в обмен на душу, жизнь и свободу дал ему все то, что он имеет. он стал для людей прямым проводником в лучшую жизнь. без разницы какая цена - люди получали миллионы, получали власть, известность, лучшие роли в фильмах. люди стали всемогущи. а цена всего-то душа и воля. это был культ, это была секта под крепким прикрытием верующих в Бога и несущих свет на планету.
ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------
очередной обряд экзорцизма. мальчик, совсем маленький, но уже стал сосудом для какого-то мелкого беса с кладбища недалеко от церкви. ребенок был слаб верой и слаб душой, быстро стал лучшей приманкой и пищей, стал лакомым кусочком доя мелких демонов, которым нет места среди иерархии ада.
Сонхва читает "молитвы" под нос, слышно гул хора - скорее похоронный, чем какой-либо. женщина, мать ребенка почти задыхается в слезах.
на её глазах тело её сынишки, её ребенка, у которого огромное будущее - буквально рвет на кусочки. с каждым словом епископа на теле ребенка появляются новые следы, будто от удара рукой или горячим прутом. и мальчишка истошно воет. точнее воет то, что поселилось у него внутри, что питается его жизнью пока он об этом и не знал.
мальчик умер.
спасти не удалось. Сонхва отдал последнее, что было, в надежде, что поможет.
он отдал всего себя. на полное растерзание этому демону.
как только тело ребенка вынесли на улицу - он задышал, откашливался так, словно его душили. священнослужитель проверил его, посмотрел, почитал пару молитв и отпустил домой семью "с Богом". а сам понимал, что жертву его приняли и теперь он прикован к этим кирпичам и стенам. он теперь одно целое.
ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------
очередной обряд, но в этот раз взрослый сам пришёл, сам попросил, сам молил на коленях. а теперь лежит посреди зала, весь с подтеками крови, где-то видны были ссадины, где то гематомы. выглядел не очень.
Сонхва читает молитвы одну за другой, он чувствует как нечто скрежетает по его сердцу, он чувствует все изнутри. ему тяжело, он сам на грани того, что увалиться на месте. но читает. он обязан вытащить человека из преисподней чего бы ему это не стоило.
руки немеют, ноги перестают держать и он словно падает на колени перед кем-то. уже не читает молитвы, слова не идут, язык заплетается. человек умирает на глазах. он видит все сквозь пелену слез и через несколько минут вместо мужчины перед собой на полу видит его. дьявола. настоящего. но не такого, как их рисуют - черные с рогами и улыбкой о уха до уха. он выглядит как человек, но его энергетика, его взгляд и то, как выглядят конечности - выдает его.
Сонхва все это время пытался изгнать дьявола из него же. и ведь получилось же почти.
теперь Сонхва полностью в его власти. его словно тряпичную куклу поднимают и ведут в танце. быстром, поспешном, каждое движение даётся резко и отдаётся болью в висках и в области сердца, где-то там, где должна быть его душа.
нога за ногой, круг за кругом, вся обувь уже в крови, весь подол в крови и грязи от "лап" дьявола. священнослужитель видит улыбку, видит это самодовольное выражение лица.
и вдруг остановка. все вокруг замерло в том положении, каким было.
резкая, острая боль в груди.
он видит своё сердце в руках дьявола. он видит как течёт его кровь по рукам существа. он чувствует жжение, но не чувствует пустоты, не чувствует провала в грудной клетке. теперь он бессердечный. теперь его судьба неизвестна. будет ли гореть он аду, или станет призраком на земле? пустят ли его вообще куда-то или теперь его задача стать подстилкой для ног высших дьяволов - князей и архидьволов? есть ли теперь вообще для него понятие "я"? теперь только "мы". он и демон.
имя тому демону было Хонджун. это имя осталось шрамом на груди Сонхва. как раз в том месте, где было сердце. где раньше оно билось и делало его живым. теперь он - сущность, которая жива до тех пор, пока её "хозяин" этого хочет.