Тома Кутюр. 205 лет со дня рождения.

Тома Кутюр родился в год реставрации Бурбонов недалеко от Парижа, в небольшом городке Санлис на Уазе. Живописи он начал учиться в 1830 году в мастерской знаменитого Антуана Гро. Много лет спустя художник писал об этих первых годах своего ученичества в книге "Беседы в мастерских":

"Я не знал ничего и никого; не имея подготовки, я мог вызвать симпатию разве лишь своей глубокой искренностью".

Гро с его блестящим композиционным даром, эффектной живописной манерой, темпераментом и воображением сформировал основы художественного видения Кутюра.
После смерти Гро в 1835 году Кутюр перешел в обучение к Полю Деларошу - модному историческому живописцу, автору тщательно выписанных, слащаво-холодных картин на сюжеты дворцовых интриг прошлого. Это новое направление не лучшим образом способствовало развитию природных склонностей Кутюра. И впоследствии его творчество всегда балансировало на грани между красотой и красивостью, между непосредственным ощущением цвета и формы и условностью салонных представлений о них.

В 1837 году Кутюр закончил мастерскую Делароша с результатами если не блистательными, то вполне похвальными, получив вторую Римскую премию. Но лишь тремя годами позже, в 1840 году, он стал известен выставочной публике благодаря первой из прославившей его серии картин на исторические темы - "Молодая венецианка после ночной оргии".

Картина казалась исполненной страсти и мастерства, позволяла ожидать расцвета нового живописного таланта. Последовавшие затем произведения Кутюра поддерживали интерес зрителей к молодому художнику. А в 1845 году появилась картина "Любовь к золоту". Она обладала всеми качествами, необходимыми для "высокого" искусства с точки зрения эстетического идола эпохи: отточенным и изящным рисунком, яркостью и благородством красок, занимательным и интригующим сюжетом.

В 1847 году известность Кутюра подкрепилась сенсационным успехом самого знаменитого его произведения "Римляне периода упадка".

Картина, изображавшая со всеми пикантными подробностями последнюю стадию ночной оргии в роскошном дворцовом интерьере, отвечала вкусам `золотой середины`. Сюжет давал повод для демонстрации прекрасных обнаженных тел и изысканной обстановки. При этом разгул страстей представал в облагороженном виде - достаточно откровенно, чтобы приятно щекотать воображение, и достаточно отстраненно, чтобы не тревожить ханжеское целомудрие буржуа. Эти свойства искусства Кутюра сделали его выразителем художественных вкусов Второй империи.

В период своей наивысшей популярности Кутюр исполнил росписи в капелле Марии церкви Св. Евстахия в Париже. Этот живописный ансамбль был единственным официальным заказом, который художнику удалось закончить. Все остальные в силу разных обстоятельств - изменения политической конъюнктуры, растянувшихся сроков или недовольства результатами работы - остались незавершенными. Эта участь постигла замысел большой исторической картины "Набор добровольцев", заказанной еще в 1848 году и отложенной в связи с событиями революции.

В эклектических устремлениях Второй империи Кутюр так и не выработал собственного стиля, не подвластного веяниям моды.
Критика часто обвиняла Кутюра в претенциозности, в пристрастии к чрезмерным эффектам, в злоупотреблении средствами художественной выразительности. Он откровенно заимствовал приемы своих предшественников: пастозное письмо, цветной контур, фактурные мазки белил, и использовал их в чисто декоративных целях, независимо от сюжета своих картин.

Но Кутюр видел главное достоинство своего творчества не во внешних декоративных эффектах, а в глубоком поучительном смысле произведений. "Самым примечательным ребусом Салона" назвал современник картину Кутюра "Дамокл".

В глубокой задумчивости пребывает молодой, увенчанный лаврами герой, в котором по атрибутам можно узнать поэта. Тяжелая цепь приковывает его к кольцу, вмурованному в стену; у его ног - рассыпавшиеся золотые монеты. Лишь во второй половине нашего века, спустя более ста лет после написания картины ее тайна была разгадана. Ключ к разгадке дал сам Кутюр, изобразив на стене за спиной юноши латинскую надпись:

"Лучше опасности свободы, чем позолоченная безопасность рабства".

Скованный цепями поэт есть, таким образом, не что иное, как символ веры и духовный автопортрет Кутюра при дворе Второй империи, а шире - метафорическое изображение всякого официального художника или поэта, находящегося на содержании у власти и в плену ее цензуры.

Картина "Дамокл" была дорога ее автору, так как точно отражала характер его размышлений над судьбой собственного творчества. Именно в середине 1860-х годов, осознав всю стесненность положения придворного живописца, Кутюр отказался от официальной славы и удалился в деревушку Вилье-ле-Бель, где прожил до самой смерти.

"Для многих я давно уже мертв, - писал художник в своем добровольном изгнании, - но и на дне моей гробницы я продолжаю служить искусству".

Несмотря на все свои эстетические заблуждения, сформированные эпохой и академической школой, Кутюр всегда оставался честным художником. Кроме того, он вошел в историю и как воспитатель одного из величайших живописцев 19 века: из мастерской Кутюра вышел Эдуард Мане. И что бы ни говорил впоследствии автор "Олимпии` о своем учителе, несомненно, многим Мане был обязан Кутюру - в отношении техники, в знакомстве с художественным наследием и даже, возможно, в своей предрасположенности к реализму.

по материалам https://art.rin.ru