2. бильярдное искушение 18+

будь это другая ситуация, гю скорее всего бы посмеялся, но сейчас, в эту минуту, он громко сглатывает и, облизывая и закусывая нижнюю губу, покорно переворачивается на живот, привстав на колени и локти

—ближе, — хриплый голос раздается приказом, маня, интригуя и пугая одновременно, а слова вызывают спорные эмоции внутри, растекаясь по телу мелким тремором

намгю слушается, подползая к субону спиной, пока между лопаток пробегает холодок, а за ним и небольшая волна мурашек

паника неизвестности смешивается с мазохистскими наклонностями, что прокручивает сердце внутри на 180 градусов от сладости и страха происходящего. брюнет чувствует присутствие таноса сзади, но не видит, не смеет обернуться

теплая рука ложиться на мягкую ягодицу, нежно оглаживая упругую кожу, и гю слегка расслабляется, кладя голову на согнутые перед собой руки. темные волосы неприятно прилипают к лицу и спине, рассыпаясь по столу, а лёгкий сквозняк окутывает всё тело и заставляет непроизвольно трястись

руки пропадают с тела, после чего наступает давящая тишина, смешанная с нетерпеливым ожиданием, въедающаяся ядовитым дымом в самые глаза, но через время до напряжённого колечка мышц неожиданно дотрагивается горячий склизкий язык, отчего намгю чуть вздрагивает

глаза брюнета широко распахиваются и он уже собирается сказать что-то в протест, как чужие пальцы с силой и чуть ли не до хруста сжимают его мягкие ягодицы и хрупкие острые ребра, насаживая парня себе на лицо, а острый язык яро ввинчивается в узкую дырочку и остро проводит по напряжённым мышцам

субон то медленно проводит по входу, сладко играясь и дразня парня, то резко входит слюнявым языком и вылизывает юношу сзади из всех стараний, срывая с губ огромную порцию сладких протяжных стонов

голова гю отключается, уступая место грязи и пошлости, а горло надрывается в громких и нежных всхлипах, когда острый язык вкручивается внутрь, смачивая мягкие стенки анала и ублажая парня таким непривычным и неожиданным для него способом

намгю жутко начинает это нравится, несмотря на все внутренние терзания и противоречия, и через время он уже чуть ли не садится субону на лицо, лишь бы тот вылизал его как последнюю поганую суку, текущую лишь от одного легкого касания по бедру

ноги гю начинают потрясывать, предвкушая сладкий и желанный оргазм, а ноющий от возбуждения и текущего предэякулята член бурно пульсирует, готовясь к такой неожиданно быстрой разрядке

но танос не спешит и кратковременно обламывает юношу удовольствия, вытаскивая своя язык и сжимая ягодицу ещё сильнее

разочарованный стон разносится где-то снизу, когда намгю начинает чувствовать неприятный холод внутри, но тут же губы размыкаются и чуть подрагивают в немом крике, когда сразу два пальца погружаются внутрь, грубо растягивая нежные стенки слизистой

низ живота начинает тянуть ещё больше, смешивая сладкое и жалкое желание с разрывающей невыносимой болью, что растекались по всему телу брюнета, полноценно перекрывая поток мыслей, а всего юношу трясет, подгибая колени от смешанных ощущений

субон грубит и нежничает одновременно, словно смешивая вино и водку в один хрустальный переливающийся бокал, заставляя выпить залпом. губы медленно скользят по пояснице и ягодицам, оставляя влажные поцелуи на теле, пока два пальца резко расходятся ножницами внутри намгю, заставляя глаза позорно слезиться

на лёгкие словно легли тяжёлые цепи, сковывая и сбивая свободное дыхание, а все мысли направлены лишь на пальцы, находящиеся внутри намгю, нещадно растягивющие его анал, и подрагивающий от дикого перевозбуждения член

когда внутри оказываются все 3 пальца, намгю затаивает дыхание, словно это поможет ему справиться с нарастающей болью. а субон, ни капли не жалея, продолжает беспощадно трахать его своими пальцами, орудуя ими как обыкновенными инструментами, которые можно провернуть, раздвинуть и прокрутить. ну и видимо трахнуть

намгю жалобно стонет под ним. все чувства и эмоции, что до этого были четко поделены на положительные и отрицательные, теперь сосуществовали вместе, слившись воедино в грязное пошлое месиво и переполняя всё тело через край

танос вытаскивает из парня пальцы, словно даёт фору, разрешая ему передохнуть и сделать такой желанный и необходимый тяжёлый вдох, с хрипом заполняющий его лёгкие, который всё же застревает в горле, замирая, когда фиолетовый вновь лакает уже растянутую аккуратную дырочку парня

в этот раз язык пролезает глубже, выбивая с потресканных и покусанных губ сладкие стоны удовольствия, и доставляет неимоверно терпкое удовольствие, отчего намгю выгибается словно грациозная черная кошка, лишь бы насадиться на горячий язык глубже, лишь бы прочувствовать каждую капельку тягучей слюны, почувствовать его больше, грубее, сильнее

субон медленно и плавно ползет выше, оставляя дорожку влажных поцелуев на белоснежной ягодице, но нежность заканчивается в тот момент, когда горячая розовая головка, сочащаяся прозрачной смазкой, упирается в зад намгю, чуть нажимая на узкий проход

дыхание спирает, а сердце словно останавливается и затихает, замирая вместе со своим хозяином, и новая волна дрожи накрывает с головой. рельефная головка полностью входит внутрь, а с губ брюнета слетает чуть облегченный выдох, который нежно мешается с тихим и приторно-сладким полустоном

каждый сантиметр, входящий всё глубже, отдавал импульсы по всему телу, что судорожно метались по нервной системе, пуская возбужденные волны желанного удовольствия

колени и локти ныли от рельефной ткани, что дискомфортно впивалась в кожу и словно приростала к ней, и через стиснутые зубы можно было услышать едва различимое больное шипение

орган находился внутри уже на половину, и дальше действия дались тяжелее — намгю резко напрягся, непроизвольно сдерживая субона в одном положении и не давая двигаться дальше

танос смотрит на аккуратную хрупкую спину, что трясется и изливается небольшими капельками пота, еле держась на тонких руках и измученных локтях, поэтому фиолетовый резко переворачивает парня и осторожно укладывает его на зелёную поверхность стола

чужие ноги обхватывают жесткий рельефный торс, сопровождая действия режущим стоном боли, и в ответ всё тело отзывается колющим белым шумом, отнимая все конечности разом

боль горит и отравляет все тело, отскакивая и врезаясь остриями в нежные внутренности, а юношу сковывает неожиданный непроизвольный тремор вперемешку с лёгкой паникой

субон, наблюдая за всей этой картиной, успокаивает брюнета: поглаживает по холодному впалому животу, что вздымался в такт с грудью от глубоких вдохов, нежно проводит по ноге, слегка постукивая по мягким тканям кончиками пальцев, и опускается к внутренней части бедра

ладони медленно и ласково сжимают, массируют и поглаживают ноги, что немного помогает намгю расслабиться, и по телу распространяется свободное спокойствие, что наконец отпускает обоих, и танос входит ещё чуть глубже, погружая орган внутрь чужого тела

рука фиолетового останавливаются далеко не только на белоснежном бедре, пальцы юрко пробегаются по телу и резко, неожиданно, жёстко обхватывают всю длину члена, крепко сжимая его в широкой ладони

брюнет, не ожидавший такого поворота, не смог сдержать эмоций, и по комнате распространились звуковые сладко-нежные нотки наступившего удовлетворения, растекавшегося по воздуху тонким шлейфом возбуждения

боль постепенно отпускала, а субон уже вошёл полностью, разрывая собой юношу изнутри, пока большой палец нажимал на чувствительную уретру, дразня юношу и растирая густую сочащуюсь смазку по всей поверхности розоватой головки

брюнет совсем не успел понять, как подменились грани, и как горькие боль и страдания превратились в приторно-сахарное наслаждение, от которого хотелось бесконечно громко кричать, дабы весь мир услышал о таком желанном удовлетворении

танос двигался внутри него, постепенно наращивая и разгоняя темп, пока намгю красиво и изящно извивался на столе, по-кошачьи выгибая спину дугой и хватаясь за свободное запястье субона, нежно царапая короткими ногтями

каждый новый толчок становился всё быстрее и жёстче, шлепки, стоны и звуки разгоряченных тел заполнили эту комнату целиком, выталкивая из помещения весь кислород, что витал под самым потолком густыми клубьями

рука субона, что до этого лишь сжимала небольшой член, теперь плавно проводила по всей длине вверх и вниз, приравнивая движение руки в такт своим толчкам

низ живота скручивало многочисленными крепкими узлами от нарастающего напряжения, конечности стали слегка неметь покалывающими ошущениями, а грудную клетку сковывала удушающая грязная пошлость

шлепки стали такими отчетливыми и громкими, что острым рикошетом отскакивали от бетонных стен, врезаясь и мечась по комнате, когда субон вновь грубо толкался в брюнета, а гортанные стоны заполнили каждый темный угол этого помещения

пальцы сжимали орган всё крепче, а запястье двигалость всё быстрее, и гю чувствовал, как сладостный конец приближается и подкрадывается, пуская по телу кучу импульсов, что заставляли замереть и прислушаться к ощущениям своего организма, предвкушая получить своё истинное горящее желание

все внутренности словно сжимают вакуумом, останавливая работу сразу всех органов, а намгю поднимпет взгляд, смотря в проницательные глаза субона из-под темных длинных ресниц

расстояние сокращается, сближая их сантиметром за сантиметром, и горячие теплые губы страстно накрывают его — обветренные, покусанные

все чувства сливаются воедино, не различая сладкий сон и жестокую реальность, лишь смешивая все телесные ласкания в один алкогольный ядовитый коктейль

и их накрывает. накрывает, унося всех и всё вокруг, думая только о себе. все мысли были заняты лишь одним тяжёлым и постыдным приговором — пошлостью

жестокие грубые толчки с характерными шлепками становились всё ярче, громче, увесистей. рука на члене намгю двигается с неимоверной скоростью, а пальцы субона сжимаются сильнее, не желая терять разгон, лишь наоборот — сладко и терпко наращивать

по телу бегут табуны приятных мурашек, а всего юношу начинает легко потрясывать, когда горячая головка жестоко толкается в чувствительную простату, усиливая все ощущение втрое

перед глазами всё течет яркими покалывающими звёздочками, а предметы вокруг мажет разноцветными красочными волокнами пьянеющего сознания

брюнет ощущал абсолютно каждый сантиметр внутри себя, каждую выпирающую венку и каждый рельеф. влажная головка, проходясь в очередной раз по простате, сводила с ума, преумножая ощущение осязания и каждое пережитое сомнение и удовлетворение

каждый новый толчок — прямой шаг навстречу судьбе, навстречу истории, что строилась и устаканивалась на грязное будущее в этом клубе. намгю буро достигает пика. волна оргазма накрывает с головой, вырывая из реальности, и брюнет громко гортанно стонет, выгнув спину, и грубо впивается ногтями в предплечье субона, оставляя кровавые полумесяцы на пожизненную долговременную память

парень яро изливается себе на живот, а беспощадная головка грубо толкается в чувствительный нервный комок внутри ещё несколько раз, пока субон не заканчивает также, кончая внутрь юноши

намгю чувствует, как горячая сперма течет внутри него, щекоча и раздирая ткани анала. а субон так же быстро вышел, разом застегивая одежду и оказываясь в приличном виде, пока оттраханный

обнаженный намгю лениво развалился на столе не в силах встать

и в голове полный туман. намгю отголосками помнит, как фиолетовый помог ему одеться и посадил в такси, не забыв оставить свой номер в записной книжке

помнит сладкие слова на прощание, что-то по типу "ещё свидимся", которые вызвали на лице широченнкю улыбку у обоих

таким неоднозначным способом и началась их история, в которой будет ещё куча грязного и бесстыдного секса, интима и пошлости