2/?

/ от лица чона /

ночь. давно у чонгука не было бессонницы. у него особо не было ее, но сегодня был очень волнительный день. завтра он направляется в школу, но не знаниями, а он становится преподавателем. в жизни всегда происходит что то новое. каждый день несет в себе пользу или же разочарование. чонгук мечтал стать учителем с детства. в старших классах он определился, что пойдёт на учителя.в школе, как началась история Кореи, она ему сразу понравилась. чонгуку было понятно по какому предмету станет учителем.

на часах 1:23. никак не спится.открыв телефон, он увидел приложение "onlifans". он сказал это приложение, когда играл с друзьями в правду или действие.скачав его он так и не зарегистрировался. его любопытство взяло вверх.было бы хорошо расслабиться и лечь спать.

спустя минут пять он зарегистрировался и начал листать ленту.он увидел, как какой то парень в чулочках подписал "он наверняка хотел попробовать их". ник парня был 'ангелок'.зайдя на аккаунт было понятно.все вещи было у него розовые.полистав еще немного фоток, он закинул ему донат. донат был подписан, как "я всегда хотел попробовать их"

возбуждение с каждой фоткой накатывало все больше и больше.увидев фотку, где на шее было розовая кружевная ленточка завязанная бантиком. шея была настолько белой и чистой, что ему хотелось прикоснуться к ней и оставить пару засосов.припустив немного шорты и спустив руку к головке члена. фото было откровенным, и член мгновенно отреагировал, наливаясь кровью и упираясь в ладонь. он сжал основание, провел большим пальцем по головке, собирая выступившую смазку, и начал двигать рукой вверх-вниз — сначала медленно, смакуя каждую секунду, затем все быстрее и жестче. кожа натянулась, вены вздулись. Он то открывал глаза, чтобы снова впиться взглядом в изгиб бедра на экране, то закатывал их, представляя, как это всё происходит по-настоящему. его дыхание превратилось в прерывистые всхлипы, предплечье свело судорогой, но он не останавливался.он прикрывал глаза позволяя додумывать лицо, голос, тепло кожи парня.парень почувствовал знакомые ощущения.с громким, влажным звуком он кончил, обрызгав собственный живот и край смартфона, после чего обессиленно откинул голову, тяжело дыша.

он машинально нашарил на тумбочке салфетки, вытер липкую теплоту с живота и отбросил комок в сторону.

пальцы дрожали, когда он тянулся за салфетками. не глядя, он вытер себя и швырнул все на тумбу.

серый утренний свет сочился сквозь неплотно задернутые шторы, выхватывая из полумрака скомканную простыню и влажное пятно на простыне. он лежал на спине, глядя в потолок, и чувствовал, как липкое остывает на коже живота. запах пота и спермы смешивался с холодным воздухом из приоткрытой форточки. вчерашнее наваждение — горячечное, слепое, когда пальцы сжимались до хруста, а перед глазами стоял только один образ — теперь казалось диким сном. Но салфетки на тумбочке и тяжесть внизу живота говорили об обратном.

он заставил себя встать, содрал грязное белье и встал под душ. вода обжигала, смывая с тела следы ночи, но не смывала тяжесть в груди. он долго стоял, упершись ладонями в кафель, пытаясь собрать себя по кусочкам. а потом начался ритуал: строгий костюм, галстук, завтрак. Он смотрел на себя в зеркало — идеальная картинка преподавателя. спокойный, уверенный, сдержанный.

но когда он взял папку с ноутбуком, руки предательски дрогнули. сердце колотилось где-то в горле. он выйдет в класс, и они будут смотреть на него. чистые, доверчивые, не знающие, что несколько часов назад их «уважаемый учитель» лежал в темноте и с хриплым стоном дрочил на какого то мальчишку. которое сейчас не мог даже мысленно повторить. страх разоблачения был липким, как та самая ночь — он сжимал грудную клетку, мешая дышать.

когда чонгук переступил порог класса, его пальцы всё еще сжимали журнал так крепко, что побелели костяшки. тридцать пар глаз уставились на него — любопытные, настороженные, изучающие. сердце пропустило удар. но он сделал тот самый вдох, который репетировал перед зеркалом, и на его лице расцвела легкая, располагающая улыбка.- здравствуйте, студенты, я новый учитель по истории Кореи,я рад с вами познакомиться. можете называть меня преподаватель или учитель Чон. думаю, что со всеми надо будет познакомиться и в конце пары дам небольшой тест, чтобы проверить ваши знания. — голос прозвучал ровнее, чем он ожидал. даже с легкой бархатной хрипотцой, которая всегда действовала на людей успокаивающе.

он скользнул взглядом по рядам и заметил, как несколько девочек зашептались и покраснели. парни на задних партах подозрительно прищурились — но без враждебности, скорее с любопытством. и в этот момент Чонгук понял: они ждут от него не идеального робота, а живого человека. он расслабил плечи и легко усмехнулся. с этого всё и пошло.

день пролетел как одно мгновение. он умело лавировал между сложными вопросами, шутил в меру, не давил авторитетом и умел слушать. когда двое учеников начали спорить о теореме, он не оборвал их, а сел на край стола и предложил: «давайте оба докажете свою правоту у доски, а я буду судьей». класс оживился, засмеялся, и даже самые тихие потянули руки.

к концу пятого урока он чувствовал не усталость, а странный подъем. Когда прозвенел последний звонок, одна из учениц подошла и робко сказала: «Вы так классно объясняете, можно к вам на консультацию?» чонгук кивнул, чувствуя, как внутри разливается тепло. утренний стыд казался теперь чужим, нелепым сном. он шел по коридору, и впервые за день его шаги были легкими.

дифт с тихим звоном остановился на его этаже. Чонгук вышел в полутемный коридор, и каждый шаг по плитке отдавался эхом — слишком громко, слишком навязчиво. он сжал ключи в кармане так, что зубцы впились в ладонь, но боли не почувствовал. в голове был только один образ: красная точка. «Онлайн».

дверь в квартиру поддалась не сразу — пальцы дрожали. он дважды промахнулся ключом, выругался сквозь зубы и наконец повернул замок. замок щелкнул, и он вошел.

прихожая встретила его темнотой и прохладой. он машинально дернул выключатель — свет залил комнату, и он на секунду зажмурился. глаза привыкли к полумраку. пиджак полетел на пол прямо у порога, галстук он стянул через голову, не развязывая, и бросил на тумбочку. туфли он скинул носком к носку, даже не нагнувшись — просто оттолкнул их ногами. одна упала набок, вторая закатилась под вешалку.

— господи… — выдохнул он в пустоту. голос звучал глухо, сорванно.

он прошел через коридор, задевая плечом стену. в гостиной зажег только торшер — мягкий, янтарный свет упал на диван, на стопку непроверенных тетрадей. но он даже не взглянул на них. он вообще не видел ничего, кроме телефона в собственных руках.

телефон уже был разблокирован. Палец сам нашел иконку , сам нажал на закладку с профилем. тело знало, что делать.

он сел на край кровати, не снимая рубашки. кровать прогнулась под его весом. он откинулся на подушки, подтянул колени к груди и поднес телефон к лицу.экран осветил его глаза, и зрачки расширились.

профиль ангелочка загрузился. Чонгук знал каждую картинку в ленте — он пересматривал их десятки раз. но сегодня было не то. сегодня в углу горела красная точка. LIVE.

Он замер.

пульс ударил в виски, и в ушах зашумело. сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, в груди, в кончиках пальцев. он сглотнул и нажал на трансляцию. экран погас на секунду, потом засветился ярким, теплым светом.

и он увидел его.

ангелочек был в кадре. Тот самый парень с идеальным телом, которое он успел изучить вдоль и поперек по фото. широкие плечи, узкая талия, темные волосы, падающие на лоб. но лица не видно. камера была направлена так, чтобы в объектив попадали только шея, ключицы, влажная кожа на груди, чуть приоткрытые губы. и весь остальной мир исчез.Чонгук смотрел, не дыша. рука, сжимавшая телефон, дрожала. он чувствовал, как рубашка липнет к влажной от пота спине, как тяжело дышится в этой комнате, как всё внутри сжимается и распускается одновременно.

— привет, мой хороший, — раздался из динамика хриплый, низкий голос. — я знал, что ты придешь.

чонгук закусил губу. пальцы сами нашли кнопку подарков, и он начал отправлять их один за другим — не считая, не думая, просто чтобы ангелочек знал: он здесь.

ангелочек медленно, лениво провел рукой по груди, спустился ниже по животу и легонько сжал напрягшийся член. он едва заметно выдохнул, и этот выдох, хриплый и влажный, прозвучал в динамике как поцелуй.

— ты сегодня щедрый, — усмехнулся он. — спасибо, милый. Ты даже не знаешь, как я выгляжу… Но это не мешает тебе хотеть меня, правда?

чонгук молчал. он не мог говорить — в горле пересохло, и слова застревали где-то в груди. он только кивнул, хотя ангелочек его не видел.

а потом он начал растягивать себя. медленно, смакуя, с влажным звуком, который разносился по тихой комнате. его пальцы вошли в него, и он запрокинул голову, подставив камере изгиб шеи и ямку между ключицами. губы приоткрылись, и из них вырвался тихий, гортанный стон.

— смотри на меня, мой благоверный… — прошептал он хрипло. — смотри и не отводи глаз.

и Чонгук смотрел. он смотрел до тех пор, пока изображение не начало плыть перед глазами, пока он не забыл, где находится, какой сегодня день и почему его сердце колотится так, будто он бежал марафон.

он не снял рубашку. не выключил свет. он просто лежал на кровати, в одежде, прижав телефон к лицу, и чувствовал, как реальность растворяется в голосе и теле ангелочка.

за окном уже давно стемнело. в коридоре из двери торчали ключи. пиджак валялся на полу. но Чонгук не замечал ничего.