19 глава

Дверь в залу вдруг распахнулась и в нее забежал подросток, своими одеяниями напоминающий слугу. 

— Госпожа Бибьера! Госпожа Бибьера! – закричал он, пытаясь в толпе разглядеть женщину.  

— Что такое? Кто кричит? — отозвалась она. — А, это ты. Что случилось, малыш? 

— Господин Люцифер идет! 

Бибьера тут же поменялась в лице.  

— Люцифер?! 

— Да! 

— Вот черт, чего это он приходит без приглашений, — услышал Алекс глухое ворчание женщины. — Внимание всем, приготовиться встречать гостя! 

Ее голос прозвучал вдруг так громко, что у Алекса едва уши не заложило. «Она вроде без микрофона, или это такое же заклинание, которое использовал Асмодей?» — недовольно подумал он.  

Гости засуетились: играющие в пьяную монополию натянули свои пиджаки, которые сняли от разгоряченной игры, носящиеся по всей зале дети прижались к юбкам своих матерей. Впервые, после появления тут, Алекс смог расслышать мягкую музыку. 

В мгновение ока безобразное общество преобразилось и хотя бы немного стало соответствовать тем ожиданиям, которые были у Алекса. Вся эта ситуация вызвала в нем только ядовитую усмешку и раздражение. Внутренний гнев удалось потушить, когда он понял, что не все в семье Артура такие же безобразные, как эта злосчастная тётушка Бибьера.  

Все звуки стихли, в ожидании когда появится тот самый незваный гость.  

И вот, двери снова распахнулись, и в них показался высокий молодой мужчина, с такими же платиновыми белыми волосами и прозрачными глазами, как почти у всех здесь присутствующих. На нем был серый мундир, а вместо привычных пуговиц на груди сверкали серебряные глаза. Серебряные цепочки на высоких черных сапогах слегка звенели в такт его походке.  

— Люцифер, доброй ночи, почему ты вдруг решил посетить нас? — залебезила Бибьера, слегка поклонившись нежданному гостю. — Неужели вы решили провести немного времени с семьей? 

— Мне нужно поговорить с Герольдом, он здесь? 

— Конечно-конечно. Он не мог не прийти. 

Люцифер осмотрел зал и задержал взгляд на отце Артура.  

— Герольд, подойди, пожалуйста! — крикнула Бибьера родственнику. 

Мужчина вышел из-за стола и направился к Греху. На фоне своей пухловатой родственницы, Герольд выглядел как античная статуя с безэмоциональным лицом и прозрачной кожей. Длинные прямые волосы струились по его спине до самой поясницы. Алекс невольно глянул на Артура. “Что-то общее есть, но при этом они так отличаются”. 

Люцифер перекинулся парой фраз с Герольдом, после чего оба покинули зал. После их ухода в воздухе сохранялось некоторое напряжение, но потом Бибьера, громко выдохнув, сказала: 

— Как всегда, заявляется, суету наводит и уходит! Тьфу! — она повернулась к гостям. — Продолжаем веселье, мои дорогие гости! Думаю, что Люцифер больше не придет. 

— Ну и напугал он, конечно, — услышал Алекс переговоры за соседним столиком. 

— Угу. 

— Совсем перестал посещать всякие мероприятия, кажется, он начинает забывать, откуда произошел.  

— Артур, а кто этот Люцифер, — Алекс повернулся к другу. — Как я понял, он твой родственник?  

— Да, очень дальний, но родственник.  

— Да ты значимая особа, как я понимаю, — парень улыбнулся. — Из династии, так еще и родственник Люцифера. 

— Ну... на самом деле, информация о том, что Люцифер из нашей семьи строго засекречена. 

— Так у него на лице написано, что он из твоей семьи. Не сочти за грубость, но у вас все почти на одно лицо. Гены пальцем не размажешь. 

— Ты прав, но у Грехов при вступлении в должность есть обязательство не разглашать никакой информации о своей прошлой жизни, даже если эта прошлая жизнь была крайне известной. Семье, из которой происходит Грех тоже запрещено давать какие-либо комментарии на этот счет.  

— Кстати, как я понял, у всех членов вашей семьи есть вот этот узор на шее и руках, у Люцифера он тоже есть?  

— Нет. 

— Почему? 

— Тут дело в ядре. Эту печать можно наложить только на того демона, объем и сила ядра которого меньше, чем у тебя. До того, как вступить в должность Люцифер носил эту печать, но потом, когда он стал титулованным Грехом, эта печать просто распалась. 

— Вот как. 

— Чтобы не было подобных проблем, всех членов нашей семьи “запечатывал” сам Маммон, который и создал это заклинание.  

— Если я правильно помню, вас всех “запечатали” после рождения Лилиана? 

— Не совсем, так называемое “запечатывание” было уже при нем самом. Он был одним из первых. 

— Но как? Разве он не был сильнейшим демоном? Почему печати не распались? 

— Есть еще один вариант наложения этой печати, но он менее устойчивый. Он как раз предназначен для тех случаев, когда печать наложить надо, но твои объемы ядра в разы меньше того, кого планируется запечатать.  

— И что же это за чудесное заклинание такое? 

— Необходимо добровольное согласие на то, чтобы тебя запечатали. 

— Есть те, кто действительно соглашался на ограничение собственных способностей. 

— Я думаю, что Лилиан осознавал свою истинную силу и понимал, что это может напугать обычных демонов. Кроме того, это могло сказаться на репутации семьи, поэтому он добровольно пошел на запечатывание. Насколько мне известно, у него не было рогов, поэтому эта печать была бы ему только на пользу.  

— Не было рогов? А так вообще может быть? 

— Это считается аномалией, при которой пользование ядром вообще запрещено, так как это может привести к серьезным травмам в последствии. 

— И при этом, он был сильнейшим. 

— Да. 

— Интересно. Может, это такой баланс сил? Типа, у тебя сильнейшее ядро, но ты не можешь им пользоваться, потому что ты безрогий. 

— Может быть. 

Алекс вздохнул. Он взглянул на массивные часы, висевшие прямо над входом в залу. С начала праздника не прошло еще и получаса. Единственное, что его радовало, это скорый ужин.  

Стоило ему об этом подумать, как двери залы снова распахнулись и большое количество официантов в тематических костюмах разошлись по всему залу с большими блюдами, на которых было огромное количество аппетитных блюд.  

В животе жалобно заурчало от голода. “Надеюсь, тут будет хоть что-нибудь съестное”, — взмолился Алекс, пытаясь рассмотреть содержимое тарелок.  

И вот, наконец блюда оказались и на их столе. Официант с торжественным видом поднял круглую металлическую крышку, прячущую под собой аппетитную на вид птицу, по периметру обложенную овощами и, видимо, местными деликатесами, потому что таких Алекс раньше не видел. 

— Прежде чем начать трапезу, я бы хотел поздравить нашу замечательную и прекрасную именинницу с такой же чудесной датой, — громким и торжественным голосом заговорил тот самый Гастон, который не так давно развлекался с сахарным баллончиком. Конечно, Алекс весьма мог поспорить почти с каждым его утверждением, но это могло кончится не очень хорошо. 

Бибьера, поняв, что обращаются к ней, вся расцвела и развесила уши, готовясь слушать поздравление. 

— Подобный юбилей бывает всего раз в жизни... 

“Впрочем, как и все другие юбилеи”. 

— ... поэтому считаю нужным пожелать тебе постоянного потока клиентов, чтобы звон монет в твоих кошельках не переставал радовать слух, прочных рогов и зверского здоровья. 

— Как мило с твоей стороны, спасибо большое, Гастончик. 

— С днем рождения! 

Из зала послышались десятки голосов, повторивших тост, после чего Гастон залпом выпил напиток из тонкой рюмки на ножке, которую держал. 

“Вроде народ совсем другой, а привычки такие же”, — подумал Алекс, взглянув на свою рюмку. 

— А у вас со скольки лет алкоголь можно пить? 

— С совершеннолетия. 

— Это во сколько? 

— Двадцать пять. 

— Так мы еще дети, что ли? 

— Ага. 

— А зачем нам принесли тогда? 

Артур вздохнул и пожал плечами. 

Пока все внимание было приковано к говорившим тост, Алекс подтянул к себе тарелку с зеленым салатом и выложил к себе в тарелку. С удовольствием похрустывая, видимо, огурцом, он ощутил вдруг на себе какой-то пристальный взгляд. Сначала ему показалось, что это кто-то из гостей возмутился его наглости и теперь пытался превратить в горстку пепла, но стоило ему поднять голову, как все сразу стало ясно.  

При том, что Кален сидел вместе с семьей, его мрачное и гнетущее присутствие ощущалось также сильно, как если бы он сидел рядом.  

— Артур, — наклонившись к товарищу, вполголоса заговорил Алекс. —  Мне кажется, Кален дистанционно покушается на мою жизнь. 

— А? — парень посмотрел на Калена. — Ох... какой-то он и впрямь не слишком довольный... 

— Почему он с родственниками сел, не знаешь? Как я понял, он не особо рад их компании. 

— Не знаю, надо бы у него спросить. 

— Ха, будто он скажет. Ну, тебе-то может и скажет, но я так и останусь в неведении. 

Нескончаемые поздравления наконец кончились и все из гостей переключились на еду. Гомон почти утих, так что музыку снова стало хотя бы немного слышно. К тому моменту Алекс уже успел понемногу распробовать все, что стояло у них на столе, начиная от птицы в овощах, заканчивая горьковатым на вкус тортом.  

Как следует наевшись, он облокотился на спинку стула и глубоко вздохнул. 

— Мне кажется, я наелся на ближайшую неделю. 

— Но ты совсем немного поел... 

— В любом случае. Я пойду прогуляюсь немного, ничего? 

— Конечно, не заблудись только. 

— Буду делать все возможное. 

Выйдя из-за стола, Алекс окинул взглядом толпу, после чего направился к выходу.