180. Арка 8.25 Супруги обретают бессмертие (финал арки)
SysteM9264Формация Сердечного Демона оказала на Гунси Хао невероятно сильное воздействие.
Хотя сам Лу Хэн никогда не изучал формации, но его старший брат по учению, Синь Юэ, нынешний глава секты бессмертных Тяньюань, был великим мастером в этом искусстве.
Когда Лу Хэн только встал на путь Высшего Забвения Чувств, Синь Юэ часто развертывал формацию Сердечного Демона, чтобы помочь ему отточить дао-сердце.
Поэтому Лу Хэн сразу опознал этот массив, однако на него самого он никогда не оказывала серьезного влияния. Даже когда он погружался в иллюзии, то всегда ясно осознавал их нереальность.
Разрушить формацию Сердечного Демона на самом деле очень просто: нужно уничтожить мечом все увиденные иллюзорные образы. Ранее Лу Хэн через божественное сознание уже сообщил Гунси Хао этот способ.
К его удивлению, тот не только не рассеял формацию, но и поддался сердечному демону.
Вспомнив недавние слова главы клана Чжу о "предательстве возлюбленной", Лу Хэн кое-что понял. Выходит, сердечный демон Гунси Хао родился из чувств.
Сердечный Демон, одолевший Гунси Хао, конечно, не был связан с Чжу Нинъя, как предполагал глава клана Чжу. Все эти дни Лу Хэн видел, как тот на самом деле относился к девушке.
После того как истинные чувства Янь Чжана были раскрыты, Лу Хэн несколько прозрел в любовных вопросах. Слова Янь Чжана, вкупе с нынешней ситуацией, не оставляли сомнений: причина, по которой Гунси Хао поддался сердечному демону, связана с ним.
Что ж, в таком случае он должен помочь ему.
В мире иллюзий состояние Гунси Хао ухудшалось, ибо призрак Лу Хэна уклонялся от его протянутой руки.
- Лу Хэн, я не хотел обращать тебя в труп-марионетку, я просто...
На этом слова Гунси Хао пресеклись. Что он мог сказать этому человеку с ледяным лицом?
Просто что? Сильное тело мечника, выдающиеся способности к практике - все это делало Лу Хэна идеальным материалом для марионетки.
Во время их совместных странствий Лу Хэн никогда не выстраивал против него защит. У Гунси Хао было множество возможностей напасть на этого самого многообещающего мечника Праведного Пути, но он не сделал этого. Вместо этого он выбрал грубый и опрометчивый
способ в тайном царстве просто для того, чтобы проверить...
И тут Гунси Хао наконец осознал, что же творилось в его сердце.
- Я просто люблю тебя.
Выражение лица призрака Лу Хэна, прежде безжизненное и холодное, как резной нефрит, вдруг изменилось, в глазах появился осмысленный блеск.
Лу Хэн и представить не мог, что, едва отделив часть души от тела маленькой белой птицы и войдя в мир иллюзий сердечного демона Гунси Хао, сразу услышит нечто подобное.
Выходит, Гунси Хао питал к нему подобные чувства. Хотя он и догадывался, что причина сердечного демона, возможно, в нем самом, услышать это лично все равно оказалось неожиданностью.
Его понимание любовных чувств и привязанности полностью исходило от Янь Чжана. Тот всегда был неизменно нежен и внимателен, он управлял всеми делами пика Вэньцзян, не требуя от Лу Хэна ни малейших усилий.
Но Гунси Хао, хоть и являлся частью души Янь Чжана, обладал совершенно иным характером и манерой поведения. Особенно после их разрыва, при каждой встрече он лишь осыпал его колкостями. Лу Хэн же всегда избегал словесных перепалок, так что их разговоры часто заканчивались схваткой.
И это тоже любовь?
Однако в нынешней критической ситуации Лу Хэну было не до самокопаний. Мир иллюзий сердечного демона в момент его проникновения уже начал отвергать вторгшееся сознание, и у него осталось не так много времени
- Гунси Хао, я не пощажу такого запятнавшего себя кровью демонического заклинателя, как ты, - Лу Хэн попытался спровоцировать его, и видя полное безразличие, даже сильнее вдавил клинок.
Однако побледневший Гунси Хао лишь смотрел на него, упрямо ожидая ответа.
Лу Хэн слегка нахмурился. Даже в такой ситуации Гунси Хао не желал поднимать на него руку.
"Учитель, что бы ни случилось, я никогда не причиню тебе вреда,"- он внезапно вспомнил слова, сказанные Янь Чжаном.
Это все усложняло. Не победив сердечного демона, невозможно разрушить формацию. Чем дольше это затягивается, тем глубже Гунси Хао будет тонуть в Сердечном Демоне. В конце концов, он потеряет разум и навсегда останется в иллюзиях.
Похоже, нужно сменить тактику.
- Гунси Хао, ты любишь меня? - спросил Лу Хэн.
- Да.
- Тогда не двигайся.
- Хорошо, - Гунси Хао послушно кивнул.
Он вложил Вэньдао в руку Гунси Хао. Тот взглянул на Лу Хэна и, увидев мягкое выражение его лица, с покорным удовлетворением позволил ему обхватить свои руки.
Гунси Хао потрясенно смотрел на лицо Лу Хэна. Он никогда еще не был настолько близок к этому человеку.
Когда Вэньдао вонзился в тело, Гунси Хао пришел в себя. Он в неверии смотрел на свою руку и на меч, что вошел в тело Лу Хэна.
- Я буду ждать, когда ты найдешь меня. - На лице Лу Хэна не было и тени боли, лишь легкая улыбка тронула уголки его губ. Такая же безмятежная и уверенная, как во времена их странствий, когда они еще не знали истинных лиц друг друга.
Это была иллюзия.
Наконец-то Гунси Хао протрезвел. Он тоже улыбнулся:
- Жди меня.
В следующий миг его сознание прояснилось.
Он опустил взгляд и увидел, что маленькая белая птица, в которую вселился Лу Хэн, лежала на земле, ее тело уже остыло. Гунси Хао бережно поднял ее и зажал в левой руке
Маленькая белая птица всего лишь временный сосуд для части души Лу Хэна. Даже потеряв ее он не сильно пострадает, разве что ощутит некоторый дискомфорт. Однако это была птица, в которую вселялся Лу Хэн, и Гунси Хао, конечно же, не позволит ей просто разложиться. Он заберет ее с собой и сохранит с помощью тайных техник.
В момент разрушения формации глава клана Чжу сразу понял, что дело плохо. Не обращая внимания на странное поведение Гунси Хао, он призвал родовой артефакт и умчался прочь.
Взгляд Гунси Хао все еще был прикован к маленькой белой птице. Он лишь взмахнул рукой, и два трупа-марионетки устремились в направлении, где исчез глава клана Чжу. Заставил Лу Хэна потерять часть души? Непростительно. Он не хотел, чтобы тот умер слишком быстро, лучше забрать его и как следует помучить.
А если Лу Хэн будет недоволен? Гунси Хао постоял на месте, размышляя, и решил, что сначала нужно найти Лу Хэна в том святилище, спросить его мнение, а потом уже действовать.
Чжу Нинъя, затаив дыхание, с тревогой смотрела, как Гунси Хао приближается. В ее сознании уже выстраивалась картина: какую позу принять, когда он убьет ее, как упасть, чтобы это выглядело трагично и прекрасно. "Белому лунному свету" даже умирать надо эстетично, чтобы оставить в сердце неизгладимый след.
Тогда, просыпаясь в ночной тиши, Гунси Хао будет вспоминать Чжу Нинъя и чувствовать жгучую боль. Чем глубже любовь, тем сильнее ненависть. Эти два чувства,
перемешанные и усиленные смертью, в момент раскрытия правды
вспыхнут самым ослепительным светом.
Это чувство возвысится до вечной преданности, и это будет идеальная стратегия завоевания.
Пока Гунси Хао делал последние несколько шагов, Чжу Нинъя сама растрогалась от собственного идеального плана.
Вот он подошел, все ближе и ближе.
Чжу Нинъя ждала его смертельного удара почти с предвкушением.
Гунси Хао оказался в шаге от девушки.
И затем...
Он не останаливаясь просто прошел мимо.
Чжу Нинъя остолбенела. Что происходит?
Она обернулась и увидела, что Гунси Хао, будто не заметив ее, держа в руках маленькую белую птицу, медленно удаляется.
- Постой! Господин Си!
Гунси Хао обернулся и бесстрастно посмотрел на Чжу Нинъя.
- Я заманила тебя в эту формацию... и ты совсем не держишь зла? - пролепетала она, а ее сердце тревожно забилось.
- Ты спасла мне жизнь, а теперь мы в расчете, - ответил Гунси Хао. - Что до твоего отца, я не оставлю его в живых. Мое настоящее имя - Гунси Хао. Если хватит сил, отомсти за него.
- Тогда... почему ты поддался иллюзиям формации Сердечного Демона? Разве не из-за меня? - не сдавалась Чжу Нинъя.
- Из-за тебя? - Гунси Хао фыркнул, словно услышав нечто невероятно смешное, и долго хохотал, закрыв лицо рукой.
Когда Чжу Нинъя уже готова была вспыхнуть от гнева, он наконец опустил руку:
- Я спас тебя из-за долга. А в иллюзию формации я попал из-за него.
Тут Чжу Нинъя увидела, как Гунси Хао мягко прикоснулся губами к тельцу маленькой птицы. Вся нежность и все тепло, на которые был способен этот человек, воплотились в этом единственном поцелуе. Его взгляд сиял бесконечной любовью, а на губах играла безмятежная улыбка.
Мир Чжу Нинъя рухнул.
"В этой отомэ-игре вообще все ненормальные?! Прежний объект завоевания сошелся с мужчиной-НПС, а нынешный и вовсе влюбился в птицу?"
- Но... твой духовный питомец... он же мертв, - прошептала она.
- Нет, он не покинет меня. Он обещал ждать, и я сейчас же отправлюсь к нему, - Гунси Хао улыбался с безграничным счастьем, вновь склонившись к птице в своей ладони. - Я уже иду.
"Извращенец! Как эта игра вообще прошла цензуру? Что за отстой! Больше ни-ког-да!" Чжу Нинъя в ступоре смотрела на удаляющуюся спину Гунси Хао, а в голове у неё бушевала одна мысль: "Из-вра-ще-нец!!!"
======
Девушка вновь очнулась перед монитором. Некоторое время она сидела в оцепенении, не в силах прийти в себя.
Спустя несколько минут она наконец пошевелила мышью и взглянула на экран.
На заставке, молодой человек в роскошных пурпурных одеждах, нежно целовал маленькую белую птицу на своей ладони.
Девушка понаблюдала еще мгновение, а затем в ярости удалила игру. Вспомнив все, что произошло, она почувствовала себя обманутой. "Что это за дурацкая компания, которая вставляет такие злобные скрытые сюжеты?"
И главное - в игре был баг. Как она ни пыталась, все равно получала только такую концовку. Не разоблачить такую недобросовестную компанию - значит просто выбросить на ветер деньги, заплаченные за игру.
На крупнейшем игровом форуме страны появился пост под заголовком: ["Я преследую мужчину-идола из мира совершенствования" - чудовищный обман! Почему отомэ-игра скармливает игрокам сюжеты о мужской романтике, а недобросовестная компания не возвращает кровные деньги?]. За несколько дней пост стал горячей темой для обсуждения. Тысячи обманутых игроков присоединились к травле разработчиков.
В итоге "Я преследую мужчину-идола из мира совершенствования" сняли с продаж. Некогда популярная
отомэ-игра исчезла в потоке игровой истории.
======
В тот миг, когда часть души была уничтожена, Лу Хэн, заточенный в святилище, открыл глаза. Он слегка нахмурился, потирая переносицу, пытаясь смягчить неприятные ощущения.
Гунси Хао уже выбрался из формации. Поскольку он попросил не убивать монстра, тот скорее всего послушается.
Массив, сдерживающий Лу Хэна, внезапно исчез. Но прежде чем он успел выйти, пейзаж вокруг исказился, словно рябь на воде.
Придя в себя, Лу Хэн обнаружил, что вернулся на пик Вэньцзян и держит в руках Янь Чжана.
Он вернулся в тот самый миг, когда Янь Чжан умирал.
Неужели монстр вернулся? Что стало с белым источником света? Сбросил ли континент Цянькунь его оковы? Пока Лу Хэн размышлял, он почувствовал, как его крепко обняли, а затем прижали к теплой груди.
- Учитель, - раздался у его плеча голос Янь Чжана.
- Ты в порядке? - спросил Лу Хэн.
- Учитель, ты действительно хорошо потрудился, - сказал Янь Чжан. - Все кончено. Теперь мы наконец-то по-настоящему можем распоряжаться своей судьбой.
- Белый источник света... исчез?
- Да. Я это чувствую.
- А твоя расщепленная душа вернулась? - спросил Лу Хэн.
- Слияние произойдет только во время моего вознесения. Пока что она все еще в теле Гунси Хао.
- Учитель, я люблю тебя.
- ..... - Лу Хэн ненадолго завис. - С чего ты вдруг заговорил так?
- Вспомнил, что часть моей души опередила меня и призналась учителю в чувствах, и мне стало немного досадно,- пошутил Янь Чжан, а затем вновь стал серьезен.
- А-Хэн, я знаю, что ты практикуешь Дао Высшего Забвения Чувств, поэтому я не буду заставлять тебя выбирать между Великим Дао и мной. Я приложу все силы, чтобы, вознестись над всем сущим и при этом помочь тебе в постижении.
Однако Лу Хэн улыбнулся:
- Ничего. Хотя я и следую по пути Высшего Забвения Чувств, в конце концов я не небесное дао, а человек. A у людей привязанность - не порок.
Янь Чжан остолбенел, словно пораженный громом, и надолго застыл на месте. Наконец он рассмеялся - смехом, в котором смешалась безумная радость от обретения того, к чему он стремился тысячелетия.
- Не забывай этих слов. Запомни их.
Когда Янь Чжан произнес это, Лу Хэн замер. Ибо эти слова проникли прямиком в его море ци, запечатлевшись на самой божественной душе. И голос... был не совсем голосом Янь Чжана. Вернее, не только его.
- Не забуду, - машинально ответил Лу Хэн.
Янь Чжан просиял и придвинулся, желая поцеловать Лу Хэна.
- Учитель! Брат! Вы... что? — раздался изумленный девичий голос.
Лишь тогда Лу Хэн и Янь Чжан вспомнили, что на пике Вэньцзян есть еще один человек.
Девушка, стоявшая в стороне с потрясенным лицом, была Янь Шуяо.
Настоящая Янь Шуяо.
Янь Чжан мягко улыбнулся и все же поцеловал Лу Хэна в щеку:
- Как видишь.
Янь Шуяо вспыхнула и, помолчав, выдавила:
- Брат, ты... ты позоришь Учителя, это великая безнравственность...
Прошли сотни лет. На континенте Цянькунь появились практики, что раскололи пустоту и взошли на путь бессмертия. Совершенствующиеся отчаянно ищущие высшее царство, наконец-то увидели свет.
Вознесение в Высший Мир перестало быть легендой. Если сердце, ищущее Дао, непоколебимо, то можно преодолеть границы жизни и смерти, взять свою судьбу под контроль и обрести истинный Путь.
На пике Вэньцзян Янь Шуяо смотрела на фигуры учителя и брата в сиянии, нисходящем из высших миров, и мысленно поклялась: "Учитель, брат, я непременно последую за вами".
В это же время в рядах последователей Темного пути также появился тот, кто расколол пустоту и вознесся.
.... двенадцать башен, пять дворцов.
Бессмертный гладит меня по макушке,
Связав мне волосы, дарует долголетие. (Стихи Ли Бо. Перевод А.И. Гитовича)
__________