179/1000 РАЗДОР
1000лиц1000слов
- Что тебя волнует или интересует в последнее время больше всего?
- У меня интересы в нескольких сферах. В поэтической–это наш клуб “Цыц”. Так как я в оргкоманде, хочется развиваться как организатор, помогать делать качественные мероприятия. Из последнего: мы организовали семинар с разборами текстов, который провёл приглашённый нами из Москвы критик, поэт, культуртрегер Борис Кутенков. Для меня это было как лакмусовая бумажка, проверка моих способностей: насколько я могу выступать как организатор. К слову, я увидел в себе развитие.
- Что для тебя есть развитие? И как относишься к обратной связи от людей?
- Мой принцип - слышать мнения всех. Другой вопрос: что из этого принимать? Когда мне говорят: “Стихи должны быть только силлабо-тоникой и никакого мата”, я отвечаю: “Хорошо, ваше мнение мне понятно”. Но соглашаться с ним я не собираюсь.
В Саратове для меня есть несколько авторитетов. Они не ведут себя как снобы и хороши как наставники. Главным критерием развития для меня является поиск нового, уход от старых стилей. Раньше я был человеком, “кричащим ни о чём”, с пустыми текстами. Сейчас я стараюсь вкладывать в них больше поэтического, а не декламативного.
В последние месяцы в Саратове много говорят про суггестивность, уже немного надоел этот термин) Хотя в мемности суггестивности мы, пожалуй, сами виноваты. Как бы то ни было, мне очень хочется овладеть ей. Благо, перед глазами есть примеры саратовских поэтов-суггестивистов: Маша Одинокова, Настя Липидина, Андраник Антонян.
- Расскажи, как возник “Цыц”?
- Был клуб “Феникс”, привязанный к культмассу ИФиЖа. Всё было достаточно муторно: обязательные ненужные отчёты, очень мало свободы. И когда мы с Настей Липидиной ехали с “Мурмураля”, мы начали обсуждать возможность создать новый клуб, пригласив в него людей из “Феникса”, а также других талантливых поэтов Саратова. По возвращении в Саратов рассказали об идее, она всем понравилась. Настя собрала нас, явилась идейным вдохновителем, продумала концепцию и ещё много-много всего. С названием было сложно: несколько часов перебрали сотни вариантов. Помню, основными были “Стрепет”, “Ворот”, “Рцы” и “Цыц”
- Как тебя назвать для интервью, какое описание дать?
- Я всё ещё позиционирую себя как маргинал-сквернослов. Сквернослов - это вместо “поэт”. Кто-то думает, что “сквернослов” - это какое-то кокетство с моей стороны, но мне как будто некомфортно пока что осознавать себя ПОЭТОМ, как будто ещё не дорос.
- Что должно случиться, чтобы ты “дорос”?
- Может, этого и не будет никогда.
- Что ты ищешь от поэтических мероприятий? Почему ты готов посещать их даже в других городах?
- Всё просто и лаконично: я без этого не могу и не хочу жить. Без поэзии в целом. Сначала я думал, что я не могу не писать, но мне быстро стало этого недостаточно. Я не захотел писать просто в стол, я захотел делиться этим и расти. Если просто писать в стол, никакого развития не будет. Нужна коммуникация, чтобы учиться друг у друга.
Также важен социальный аспект. У меня было очень много друзей и знакомых из других сфер, но нигде так не понимали, не принимали и не ценили, как здесь. Очень поддерживающее коммьюнити - я такого нигде не видел. И мне нереально приятно ощущать себя частью целого.
Ещё я, конечно, тщеславная сволочь, жаждущая признания. Но не пустого, а чтобы именно за дело. Хочу пройти длинный и тяжёлый путь становления.
- Три слова, которые тебя описывают.
- Не придумал ничего более подходящего, кроме как “Маргинал. Сквернослов. oni.on”
- Как ты такой появился? Как родился твой образ?
- Большую часть своей жизни я был белой вороной: забитым, жертвой буллинга.
- Ты высокий, не страшный. Что не так?
- Проблемы с социализацией. Я закрытый человек. Ну и плюс меня не интересовали те вещи, которые, по классике, интересуют 99% мальчиков определённого возраста. Компьютерные игры, машинки, драки - мне это никогда не было близко, а в школьные годы социализация проходит именно так. Мне не о чем было говорить с ровесниками.
- Было ли что-то такое, что тебя особенно травмировало в детстве?
- Отец. Я от него очень натерпелся. Забитым я был и дома, а, когда выходил на улицу - мне и там негде было найти пристанища. Так продолжалось до развода родителей. В 2018 году мне исполнилось 14, тогда я стал социализироваться, нашёл первых друзей. А 19 ноября 2019 года я написал свой первый текст, и в этот момент всё изменилось. После, конечно, стал графоманить, но это нормально, этот этап надо было пройти. Летом 2020 года презентовал себя обществу вот в таком внешнем виде. Он меня полностью устраивает, хоть и далеко не всегда адекватно воспринимается обществом. В этом я тоже, определённо, вижу символизм.
- Что бы ты в себе изменил?
- Я задаю себе этот вопрос каждый день - люблю рефлексировать над собой. Хочу обрести внутренний баланс, стабильность, потому что я в очень шатком психическом состоянии. То с горящими глазами что-то делаю, а потом пару-тройку недель не могу встать. Хочется просто чувствовать себя НОРМАЛЬНО и не винить себя за прокрастинацию.
- А что у тебя со статусом - “Постигаю искусство разрушения”? Что ты под этим подразумеваешь?
- Всё, что было заложено сначала отцом, потом обществом на этапах моего взросления, достаточно меня покалечило. И я активно занимался разрушением этого базиса. Это сопровождалось саморазрушением, физическим и психическим: селфхарм, зависимости, всё такое. И только недавно я почувствовал, что всё негативное разрушилось, и я готов строить что-то новое.
- Что бы ты изменил в обществе?
- Утопия: я хотел бы, чтобы общество было миролюбивее, не такое агрессивное, чтобы не было ненависти к кому-либо по каким-либо признакам. Помудрее) Как будто бы общество - вообще, во всем мире - бунтующий подросток, который делает какие-то глупости, а потом жалеет. Я не хочу, чтобы кто-то в мире страдал, потому что сам настрадался.
- Почему иногда кажется, что это не остановить?
- Человечество безнадёжно. Очень малая его часть - нет. И обычно первые истребляют вторых. Люди отличаются от других живых существ тем, что они осознанно пытаются не только извести себе подобных, но и себя самих. Не для защиты семьи или пропитания, а просто потому что.
- Что из того, что ты давно собирался сделать, ты до сих пор не сделал и почему?
- Избавиться от зависимостей, но это Процесс и Путь. Татуировки очень хочу сделать. Но нереально по-перфекционистски к этому подхожу. Я знаю, ЧТО именно хочу набить, это для меня очень важно. Но я очень боюсь, что это получится неидеально. В Саратове я посмотрел десятки татуировщиков, и ко всем возникали вопросики. Не нашёл я ещё человека, которому доверю своё тело.
- У меня накануне перфоманса, в котором мне набивали 7 тату одновременно, тоже в голове долго сидело вот это вот всё про “испортить своё тело”
- “Испортить тело” - это вообще такое сомнительное суждение… Я, например, очень долго загонялся из-за того, что у меня неидеальное тело, и ещё больше загонялся из-за того, что сам на это влиял. Я ненавидел свои шрамы, а их у меня много. Потом пришло принятие. Я ценю воспоминания о том, откуда все эти раны и шрамы, о чём они и зачем. Это напоминание о том, через что я прошёл, что пережил, переборол.
К вопросу о том, что бы я давно хотел сделать ещё: заняться терапией со специалистом: психотерапевтом или психиатром. А, скорее всего, с обоими. Но абы к кому идти нет смысла, а хороший специалист стоит дорого. Есть, конечно, потребность самому с этим справиться, а к специалисту пойти только с тем, что я точно никак не вывожу. Но всё равно в итоге не иду. Но это лишь пока.
- Если бы года через два сделали дешёвую нейросеть-психотерапевта, купил бы подписку?
- Нет.
- Почему?
- Социальный фактор тоже очень много значит. Я остросоциальное существо. Мне важно живое общение с человеком. Важно, чтобы тот, кому я это рассказываю, тоже эмпатично пережил это, подумал об этом, а не просто холодный расчёт был, как у нейросети. Хотя, может, я просто не понимаю тонкостей работы как психотерапевтов, так и нейросетей.
- Что можешь рассказать про свои творческие планы?
- Объединение поэзии и музыки. При этом, я не музыкант вообще. Но хочу петь и буду учиться. Среди целей на этот год - выпустить хотя бы 1-3 песни.
- На свои стихи?
- Песни я пишу отдельно, как именно песни. Стихи - это другое. Я пытался записываться на студии, но выбрал рокерские биты, которые пока не могу обуздать своим голосом. Хочется еще на гитаре научиться играть хотя бы чуть-чуть, но как будто гитара - это не моё. Я больше чувствую ритм, бит. Но, тем не менее, буду стараться и учиться.
- Что странного ты делал в своей жизни?
- С общественной точки зрения я делал много странных вещей, которые лично я странными не считаю - и странных, и порицаемых. Можно ли назвать автостоп странным? Для членов моей семьи - определённо да. В 13-14 лет я занимался руфингом: половина крыш Саратова мной покорена. В конце концов, заниматься поэзией для 99% людей странно. Это для них скучно.
- Этот вопрос звучит интереснее, когда я дополняю его: “А что странного делали знакомые тебе люди?”
- Вот да! Вообще, я принимаю и понимаю большинство поступков людей. Единственное, что не могу понять - людей, которые просто… живут. И практически ничего не делают. Учёба, работа - и всё. И они довольны. У них не происходит, с моей точки зрения, ничего интересного. Я не понимаю людей, которые не занимаются вообще никаким творчеством. Или у которых нет никаких увлечений и хобби, всё равно каких: спорт, нумизматика, геральдика - да всё, что угодно. Но ведь есть реально те, кто ничем не занимается. Посмотреть сериальчик или позалипать в тиктоке - для меня это не увлечение.
- О чём бы ты хотел забыть?
- Ещё несколько месяцев назад я бы столько тебе перечислил! Сколько я себя помню - лет с трёх - в жизни был пиздец. И моя психика решила не сохранить большинство воспоминаний до 14 лет. Просто потому, что один за другим чередой шли травматические опыты. А потом я сам стал косячить, некрасиво поступать с людьми. Тоже был такой вот этап взросления. Я очень склонен испытывать чувство вины и не могу простить себя за многое. Так что сейчас я хочу наоборот помнить, через что я прошёл и какие выводы благодаря этому я сделал.
- А какое воспоминание для тебя является самым ценным?
- Таких атмосферных моментов было очень много. Отмечу два. Первый: поездка в начальной школе в Питер. Сама поездка мне не понравилась, но тогда я понял, что в сам город влюбился. Я побывал в десятках городов России, и ни один меня так не зацепил. Он подходит под меня, а я под него. У меня в принципе два любимых города: это Питер и Саратов. Да, я не был за пределами России, и у меня нет такой цели, я очень люблю русские города и русских людей. Русских поэтов я люблю тем более.
Второе воспоминание - оно не какое-то конкретное - это всякие атмосферные моменты единения с моими друзьями. Когда мы собираемся или у меня дома, или в нашей любимой “Волге-Матушке” (бар в Саратове), на фестивалях и коммуницируем. И я ощущаю себя частью большого, огромного, и думаю: “Да, вот ради этого стоит жить, этот момент надо запомнить”. Благо, эти моменты происходят регулярно.
- Думал о том, что было бы, если бы пришлось переехать? И куда бы переехал?
- Я хотел бы, как минимум, пожить в Питере, а как максимум, возможно, переехать в него. За границей хотел бы побывать, но жить - навряд ли.
- Образ “философского парохода” тебя печалит?
- Причины очень печалят. Я бы хотел, чтобы их никогда не было.
- С какой знаменитостью или выдуманным персонажем ты бы пообщался и о чём?
- Знаешь, почему я начал писать тексты? На меня повлиял Андрей Федорóвич, больше известный как pyrokinesis. Да, теперь над ним принято стебаться, глумиться, говорить, что он “скатился” и всё такое. Но это не отменяет того факта, что 6-8 лет назад он был моим кумиром. Я ему очень благодарен за его творчество и деятельность. Более того, неосознанно я начал повторять путь его ошибок и жизненных проблем. Мне представляется, что он весьма закрытый человек. Поэтому не знаю: сложился бы этот диалог вообще. Наверное, можно просто помечтать об этом.
- Чему не учат в школе, а должны бы?
- Мне нужно быть очень аккуратным в формулировках, потому что я без пяти минут учитель истории)
- Ты потом хочешь в школе работать?
- Скорее всего, я не пойду туда работать, а займусь репетиторством. Самое обидное, что мне понравилось в школе на практике. Но мне не понравилось навязывание, как НАДО учить детей. В школе я не смогу работать хотя бы потому, что я такой человек: личность, склонная к внутренним и внешним протестам, и у меня вряд ли получится встроиться в эту систему. Меня два раза выгоняли с практики.
- За что?!)
- Творчество. Ты что, не помнишь мои тексты, блин?)
- Я не об этом. За что конкретно и как конкретно: учителя узнали, что у тебя канал, и решили тебя выгнать?
- Учителя ни при чём. Дети нашли, показали родителям, типа “смотрите, какой у нас прикольный учитель”, а родители развели панику и написали на меня заявление.
Я бы сказал, что в школе не учат критическому мышлению, формированию своей точки зрения. Помнишь, есть мемная фраза: “Вы должны иметь своё собственное мнение, и я сейчас вам его скажу”.
- А чему ты научился в школе?
- До 9 класса у меня были хорошие оценки. Дома мне навязали синдром отличника: за четвёрки били. Репутация в школе у меня была, соответственно, как у отличника, и когда возникали какие-то проблемы, мне помогали. Из этого я сделал вывод, что репутация идёт впереди тебя. В 10-11 классе я стал сильно ебланить. Начался внутренний протест и отторжение всего навязанного отцом. Стал прогуливать школу, а аттестат при этом хотел хороший, без троек. И я начал изыскивать способы и методы получения хороших оценок. В частности, коммуницировать с правильными людьми) Так что, можно сказать, что школа научила меня изворотливости.
- Какую суперспособность ты хотел бы?
- Усваивать любую информацию. Овладеть вообще всем, чем я захочу. Захотел научиться играть на гитаре - научился. Но не чтобы прям по щелчку. Мне важен процесс обучения - это добавляет ценности. Хочется побольше всего обо всём узнать.
- Что такое мужественность?
- Точно не маскулинность и не физическая сила. Это рассудительность, взрослость, готовность брать ответственность. Справедливость, отсутствие агрессии. Безусловное уважение ко всем. Хотя для меня это и к женственности относится. Это же общечеловеческое.
- О чём самом важном нужно рассказать детям?
- Наверное, у меня никогда не будет детей. Но если они всё-таки будут, то рассказал бы о том, что мир не делится на чёрное и белое. И в чём-то плохом можно найти что-то хорошее. И в событии, и в человеке. Научил бы толерантности и безусловному уважению. Попытался бы научить их умению прощать и понимать.
- В чём смысл жизни?
- У меня есть строчки, полные фатализма: “У смерти смысл быть красивой, у жизни смысл в небытье”. Но я так на самом деле уже не думаю. Поэтому отвечу, что смысл жизни в самореализации.
- А что делает тебя счастливым?
- Я много об этом думал и понял, что полностью счастливым я никогда не буду. Очень многое оставило глубокие шрамы. Я рад, когда меня понимают и принимают. Я рад двигаться вперёд и становиться лучше.
- Какое стихотворение твоё любимое и почему?
- Первое:
скромно
о прошлом
карабкалось
вверх по царапинам
смятой
бумажно кожицы
что-то похожее
кажется
вязкостью ужаса
логоса
чуждого
голоса глянца
слоями ложилось
настилом
каменным
приемлемой жертвы
на
внезапно смертную
слышимую
тишину
не успевшую
быть воспетой
по ту
сторону пепла
дрожало
под веками
сжалилось
и опустилось
истиной вздорной
на родное
моё
ничего
Второе:
Плавится, плавится время, стекает,
разбрасывая листы сценария,
прописанного когда-то
так старательно и детально,
но перечëркнутого мгновенно,
возможно, что и не временем,
а ему подчинением.
Уничтожение есть следствие владения.
С этим ничего не поделаешь,
лишь можно
оставить возможность
лишнее личное не воспевать,
испивая греховную чашу,
чтобы глотками закрыть себе рот,
не напевая последние ноты,
и на то воля наша.
Пляшут, пляшут два огонька,
мрак тянет лапища, и извиваются тени,
и кажется, что в самом деле
любое упавшее слово
будет кармически раскритиковано,
как и тогда.
Гипотетически патетика мертва,
но живо электричество,
пронизывающее раздрайное марево
светом мифически карим.
Встали, встали минуты, в оковах застыв,
как воск на лице фарфоровом,
запечатанном напряжением
под взглядами стен,
и молчит инструмент,
что когда-то так радовал,
а теперь подобен стал манекену.
И надо бы к тлену всë отнести,
да ещё по пути,
ступая за ширму по хвое еловой,
зашиться бы в естестве,
вместе с тем излечив и бельмо на глазу,
после чего наконец образумиться
и сломать крючковатые пальцы,
которые к телу горелому тянутся,
пряча ножи, имитируя чистые руки,
и тогда металлический звук в отражении лжи
свою дрожь не сорвëт с напомаженных губ,
и станет возможным жить.
Я очень люблю эти тексты, потому что в них описывается печальный взгляд на прошлое, своеобразная рефлексия.
- Что бы ты спросил у меня?
- Какие творческие проекты (преимущественно связанные с поэзией, но не только) ты планируешь реализовать в будущем?
- Меня сейчас интересует только “1000 лиц 1000 слов”, по большому счёту) Люди, следящие за моими каналами, уже задолбались, наверное, читать, какие у меня конкретно планы на его счёт. Вкратце поясню: примерно полгода назад я захотел сделать метафорические карты на основе своих историй, а чуть позже у меня появились идеи проводить трансформационную практику. А пару недель назад, в начале февраля, я решил начать писать сценарий для фильма на основе проекта. И это забавный опыт: как будто помимо основной цели этого перфоманса, который и так уже растянут на годы, появилось еще одно связующее звено, которое еще сильнее подчеркнёт его идею, но уже в виде кинематографичном. И ещё раз окидывая взглядом этот свой проект, весь, целиком, я понимаю, что ЕЩЁ нужно в нём сделать для того, чтобы он был цельнее. Какие писать истории, как развивать язык историй, к чему их привести.
Из чисто поэтическо-организаторских целей - собрать фестиваль “МурМураль-2025” в плане новых людей, локаций и возможностей. Хочется себя проявить как настоящий продюсер фестиваля, и есть несколько идей на этот счёт - не буду спойлерить раньше времени. Планировал этим заняться еще в январе, но из-за бытовых и личных проблем это немного подзатянулось.
Разрушь четвертую стену, - артист, поэт, мудрец и просто Человек. Запредельное желание жить не отрицает уничтожения старых ран на скорбных телах. Тех, кто тебя слушает по ту сторону стены, уносит буря, и южные ветра, и закрывает мгла. А где-то там и где-то тогда будет сочиться синь небес, соитие голосов; и будут обитые пороги, под которые заметали слова.
Разрушь четвертую стену, - артист, поэт, мудрец и Слушатель. Ты и сам встал, подобно стене, подобно восковому животному, подобно древним Стоикам, подобно Истоку борьбы и сопротивления за право разрушать и строить стены, прокидывать арки мостов, стирать города, стирать нелепость контурных карт внутри своей внутренней войны.
Разрушь четвертую стену, - артист, поэт, мудрец, Источник. Отец и мать не научили ценить параллельную жизнь, да ее могло и вовсе не быть. Мы появились ежемоментно, взглядами глаз с крыльев Ангелов, смотрящих сквозь соборные пастельные барельефы, храмовые развалины будущего, сквозь туши и ребра, сквозь кожу, раздираемую крючковатыми пальцами в поисках сердец, сквозь агонию городов. Поэт-мясник, мудрец-идеалист, владеющий не словом, но мечом: пережуй остаток материи, как идею, как синюшную плоть старых стихов, как сожженный пепел чужих граней.
Разрушь четвертую стену, - артист, поэт, мудрец, Демон. Размазывая краску дня, я смешаю кровь с зеленью цветов и поднесу тебе на алтарь. Добавлю щепотку перламутра и браваду света, пробивающегося сквозь листву, сквозь покачивающиеся армии, сметающие границы нелепостей и исторических моментов. А где-то вдали, как фон, бушуют комья тумана, делая смерти незаметными для других, кто мог бы им сочувствовать на обратной стороне от. Я смешаю слезы и пепел сожженных ведьм и заполню этим зерна раздора, которые мы взрастим на новых землях.
И станет возможным жить.