17 декабря 1880 года

В этот день был осуществлён последний в истории Японии акт кровной мести под названием ада-ути 仇討ち (также – катаки-ути 敵討ち). Усуи Рокуро  臼井六郎, выходец из самурайского сословия, старший сын Усуи Ватари, старейшины княжества Акидзуки (преф. Фукуока), отомстил за убитых в ходе реставрации Мэйдзи родителей. На подготовку и осуществление возмездия у него ушло 13 лет. За это время страна сильно изменилась, и действие, на которое самураи имели право при определённых обстоятельствах, предусмотренных законами Токугава, было выведено из легального поля указами нового правительства как кровавый пережиток прошлого. В 1872 году в ходе обсуждения законопроекта, запрещающего ада-ути, отдельные чиновники предлагали установить смертную казнь в качестве меры наказания для правонарушителей, однако в финальной версии указа её заменили тюремным сроком, вплоть до пожизненного заключения. Исходя из прецедентов, отношение к мстителям было всё же снисходительным или даже сочувственным. Так, в 1873 году братьев Хагивара, мстивших за отца, освободили из-под стражи под предлогом того, что они не отдавали себе отчёта в том, что делают. В ряде других случаев преступников приговаривали к разным срокам, от четырёх лет до пожизненного заключения, однако всегда отпускали гораздо раньше. Так получилось и с последним японским мстителем, которого судили как преступника, но при этом чествовали как героя, посадили на длительный срок, однако отпустили по амнистии, объявленной в связи со вступлением в силу Конституции.

В ночь на 23 мая 1868 года в дом спящих матери и отца Рокуро пробрались воины из княжеского отряда Кандзётай и зарубили их на месте. Рокуро на тот момент было 11 лет. Входить в покои убитых родителей ему сперва запретили, однако он и так смог представить себе ужасающую картину по следам крови в доме. Рокуро спросил родственников, в чём были виновны его родители, что с ними так зверски обошлись, и когда услышал в ответ, что вины на них не было, поклялся отомстить убийцам. Дед Рокуро и старшие родственники отправились с требованием разобраться в инциденте и наказать виновных в княжескую управу, однако им было отказано, поскольку, по мнению старейшины Ёсида Госкэ, убитый Усуи Ватари вёл себя неподобающе и был сам виноват в случившемся. Воины княжеского отряда Кандзётай не только не понесли наказания в ходе последовавшего разбирательства, но и были объявлены доблестными, преданными господину самураями, действовавшими из чистосердечных помыслов в интересах поднебесной. Убитого Ватари, наоборот, обвинили в кичливости, своекорыстии и отсутствии устремлений по совершению поступков ради общего блага. С семьёй Усуи после этого стали обращаться как с преступниками, опозорившими свой род.

Рокуро был усыновлён дядей, воспитывавшим мальчика и вынашивавшим план отмщения за убитого брата. Главной целью дяди стало установление имён организаторов нападения на дом Усуи и непосредственных убийц Ватари и его жены. Через несколько месяцев до него дошли слухи о том, что некто Итиносэ Митиноскэ, воин из отряда Кандзётай, бахвалился тем, как ловко он всё провернул и вместе с несколькими соучастниками напал на спящего главу дома Усуи. Непосредственным убийцей отца Рокуро предположительно являлся старший брат Митиноскэ, Итиносэ Наохиса, пустивший в ход в ту кровавую ночь свой фамильный меч. Когда имена предполагаемых убийц установили, Рокуро повторно принёс клятву мести. Приёмный отец, однако, приказал ему повременить с осуществлением замысла, подучиться, овладев путём кисти и меча, повзрослеть и хорошенько обо всём подумать, дабы это не выглядело как акт безрассудства. Мальчик был недоволен, но ослушаться приёмного отца не посмел и подчинился, приступив к усиленным занятиям.

Пока он учился, в стране упразднили княжества, и на смену им пришли префектуры, самураи лишились своих привилегий, обычаи прошлого постепенно забывались, однако от своих планов Рокуро не отказался. Он проводил дополнительное расследование обстоятельств убийства отца и на основании писем родственников и различных слухов сумел удостовериться в виновности Итиносэ. Он успел несколько раз сменить место жительства, поработать рикшей, что позволило ему быть в курсе свежих слухов и перемещений людей. За это время он не успокоился и продолжал выслеживать кровного врага и совершенствовать владение мечом. Когда Рокуро узнал, что Итиносэ Наохиса в Токио, он составил записку, в которой подробно объяснил собственные мотивы на случай, если его убьют в ходе ада-ути, несколько дней дожидался Итиносэ рядом с местом его службы, а 17 декабря, прихватив короткий меч, отправился в дом знакомых семьи Итиносэ. Там ему удалось осуществить задуманное: он дважды ударил врага мечом в область груди, сел на него сверху и перерезал горло, после чего извинился перед супругой убитого, поймал рикшу и поехал сдаваться в полицию. Инцидент привлёк всеобщее внимание. О возмездии Усуи Рокуро написали не только газеты, но и прозаики. Мори Огай, например, попробовал разобраться в происшествии на страницах своего путевого дневника «Митиноки».