163/1000 СОСУД
1000лиц1000слов
- С чего вы хотите, чтобы мы начали эту беседу? Что вас занимает непосредственно сейчас: в эту минуту, этот день, эту неделю? Чем вы сейчас интересуетесь?
- Управление энергиями. Эзотерика. Мистика. Это нечто, что я сама могу создавать, управлять, контролировать, направлять себе на пользу.
- А как давно вы начали этим интересоваться?
- Задолго до того, как это стало мейнстримом – в начале нулевых. Было интересно, как устроен тот мир, который нельзя потрогать и увидеть невооруженным глазом. А потом я поняла, что музыка тоже отлично объединяет все тонкие энергии этого мира.
2 года назад я потеряла голос. Это произошло прямо на сцене. Пела глобально, красиво, и просто отказали связки. Никогда в жизни такой неожиданной физической боли я не испытывала. Было шоковое состояние, потом – долгая депрессия. Но возвращаясь к разговору об энергиях и мистическом: мне это тоже было для чего-то дано. Чтобы я увидела: не всё завязано на моем голосе; я способна на что-то другое. Если человеку дан голос, он должен им что-то говорить, что-то высказывать; и особенно если что-то не нравится – говорить об этом вслух. Я осознала, что многого не высказывала.
- Как преодолели депрессию?
- Мне помогло молчание. Чтобы связки восстановились, мне было противопоказано говорить, читать – когда читаешь, связки напрягаются. Нельзя было даже слушать вокальную музыку: когда слушаешь, как кто-то поёт, связки тоже напрягаются.
- То есть тишина была и внутренняя, и внешняя?
- Именно так. Сначала мне казалось, что я сойду с ума. Очень много в жизни завязано на словах, озвученных или не озвученных. Но я начала проводить больше времени с музыкальным инструментом. Музыка – та энергия, которая мне доступна, подвластна, которой я могу управлять, которая мне понятна.
Мне даны были все эти знаки, чтобы я нашла путь к себе, чтобы я пересмотрела свои отношения с людьми, способы общения – вообще всё. За последние два года я очень сильно изменилась, для меня – в лучшую сторону. Я стала спокойнее и чутче.
В 2016 году я написала песню «Music is the Answer». Пророческую: действительно, музыка - это ответ. И как только я немного успокоилась – голос стал возвращаться. Обратилась к работе с телом. Стала другим человеком. Отношусь внимательнее к словам, которые произношу.
- Каково это – заново начинать говорить после долгого молчания?
- Странно. Я начала произносить какие-то слова самой себе. Я в принципе сама с собой часто разговариваю – нам интересно) Услышала, как поменялось качество голоса. Он слабый, он не звонкий, не уверенный, ему всё ещё больно. Это были больше вопросы, чем ответы: «Ну, Даш, что мы будем дальше делать?» Наверное, когда мы задаем вопросы, ответы нам уже отчасти известны? А если ты не готов услышать какой-то ответ – не задавай вопрос.
- Вас сейчас беспокоит, что вы как будто не видите конечной точки Пути?
- Нет.
- А когда-то беспокоило?
- Нет. Мне важен процесс. И даже в путешествиях я больше люблю движение.
- А дойти до вершины?
- Ну дошла, класс, зачекинилась. Чуть больше года назад, я была в горах, в Азербайджане, и мне кое-что открылось. Наше путешествие проходило через село Ханалыг. Это очень изолированное место. Жители говорят на собственном языке, он не похож ни на какой. Они живут очень бедно. Тем, кто уехал из села в город, больше нельзя возвращаться – это у них даже законодательно закреплено. Приезжих они тоже не принимают.
Меня поразило то, насколько люди, не знающие почти ничего о внешнем мире, прекрасны, искренни, дружелюбны, насколько в них много тепла, которого современным людям не хватает. Я напоминаю себе о том, что в погоне за какими-то картинками, попыткой насытить свою жизнь чем-то напускным, мы упускаем моменты, которые очень важны. Мы расписываем кувшин вместо того, чтобы его наполнить.
- Опишите себя тремя словами
- Гражданин планеты Земля
- Как вы пришли к пониманию этого?
- На протяжении более 5 лет я вела кочевую жизнь. Германия, Америка, Азия – очень много всего. Я все время пыталась объяснить себе и другим, что возможно сотрудничать со всем миром и возможно делать что-то, не выезжая даже за пределы собственного города. Для меня вообще не имеют значения ни национальность, ни язык, языковые барьеры меня тоже не пугают. Однажды мне нужно было общаться с командой из Италии, а они очень плохо говорили по-английски – я выучила итальянский.
Для меня всегда было удивительно, что люди везде одинаковые. Одинаковые поговорки, пословицы, сказки, на которых растут дети. Поэтому в моей голове границ нет уже очень давно.
- Что бы вы изменили в мире?
- Количество соцсетей. И зависимость людей от них. Люди становятся зависимы от внешней картинки. Мы боимся быть одинаковыми – но становимся одинаковыми. Все пытаются проявляться – но проявляются одинаково. Мне хотелось бы, чтобы люди перестали себя друг с другом сравнивать.
- Что бы вы изменили в себе?
- Я меняюсь каждую минуту, каждый день. Если мне суждено что-то получить от этого мира в качестве трансформаций – то оно меня настигнет. Наверное, я бы поработала с дисциплиной – это помогло бы чуть меньше везде опаздывать.
- Но ведь можно сказать: «Я человек творческий, поэтому опаздываю»
- Работа с пространством и временем – как своим, так и чужим - требует уважения, поэтому я стараюсь не употреблять таких фраз.
- Что самое странное вы делали в своей жизни?
- Подружилась с бездомным в Будапеште. Он делал мне комплименты, был очень хорошим человеком.
Я ко всему отношусь нормально, если это не переступает рамки закона. Не оцениваю людей с точки зрения странности.
- О чем бы вы хотели забыть?
- Ни о чем
- А какое для вас воспоминание самое ценное?
- Все
- А если бы вам сказали, что можно оставить только одно, а остальные исчезнут?
- Тогда лучше не оставить ни одного. Лучше начать с чистого листа.
- В вашей жизни были ситуации, когда начинали с чистого листа?
- Всегда есть какие-то якоря, которые меня держат. В разуме, в социуме, в семье, работе. Может быть, с чистого листа у меня возвращение в голос идёт. Я понимаю, что как раньше уже не будет.
- Как давно занимаетесь музыкальным преподаванием?
- Больше 15 лет. И это страшно осознавать.
- Вы когда-нибудь были эйджистом?
- Нет. Возраст для меня никогда не был значимым. Бывают очень глупые взрослые – а бывают очень умные дети.
- Сколько вам сейчас?
- 39
- Нет, я про другой возраст)
- Не знаю. Я человек вне возраста. Не ощущаю его как какую-то качественную градацию.
- О чем бы вы с собой с 18-летней поговорили?
- Как бы не скатиться в назидание… Сказала бы: «Даша, учи китайский». Очень люблю эту страну. Наверное, если бы я тогда начала его учить, это была какая-то альтернативная история моей жизни. Всё было бы по-другому.
- Что вы думаете по поводу фразы «Неправильных решений не существует»?
- Я так думаю) Не люблю сослагательное наклонение.
- Чему не учат в школе?
- Порядочности, нравственности, взаимоуважению. Может быть, основы психологии стоит преподавать, чтобы люди нормально переживали подростковый возраст.
- Чему вы научились в школе?
- Распознавать, кто мне друг.
- А когда начали обучаться музыке?
- С 7 лет. Сначала я училась в обычной школе, собиралась переходить во 2 класс, но мама решила отправить меня со следующего года в экспериментальный музыкальный лицей - опять в 1 класс. Сама идея этого лицея была максимально благородна. Среди педагогов были и музыканты, и актеры; нам преподавали культурологию, мифологию – всё, чем ребенка можно духовно и культурно напитать. В классе было всего 16 человек. Общеобразовательные предметы тоже были, в усеченном виде, но это не сказалось на качестве образования. В таком формате мы существовали 4 года. Но потом нас объединили с обычным общеобразовательным классом. И музыкой я дальше занималась просто в обычной музыкальной школе.
Это был отличный базис: любовь к музыке, осознание музыки. Начинаешь воспринимать окружающую действительность иначе, через музыкальность находишь другой способ коммуникации. В детстве это было не очень понятно, но сейчас очевидно, что это был классный период.
- О чем нужно рассказать своим детям?
- О том, что внутреннее наполнение человека всегда важнее картинки. Поступки важнее, чем слова.
- О чем вы не любите, когда у вас спрашивают?
- Наверное, всякие банальные очевидные вопросы типа: «А почему синтипоп?» Еще может раздражать особенность подачи - когда собеседник меня не слышит. Иногда во время интервью мне важно поделиться чем-то, или мне хочется донести какую-то мысль. Но когда я чувствую, что это собеседнику не интересно, я начинаю вести себя соответствующе.
- С какой знаменитостью вы хотели бы поговорить по душам?
- С Эдрианом Ньюи – это инженер «Формулы 1», который создаёт болиды для команды Red Bull на данный момент. Это великий человек. Я бы спросила у него, как так получается, что он делает свое дело лучше всех? Не давит ли на него ответственность быть САМЫМ лучшим? Он делает так, чтобы быть быстрее всех. Он делает машины времени) В общем, это опять моя любимая тема – пространство и время.
Вообще со многими хотела бы поговорить. Так-то я счастливый человек - общалась со знаменитостями, с лауреатами Грэмми. Мне давали советы, делились профессиональными секретами. Вот что ценно: великий человек отдает самое дорогое, что у него есть - знание. И я должна распорядиться этим знанием так, чтобы тоже стать лучше, чтобы не опозорить этого человека.
- Что делает великого человека великим?
- Великий человек – не тот, который просто чего-то добился и чего-то умеет; он в этом деле должен быть первопроходцем мирового масштаба. Его деятельность и творения должны оставаться жить в веках.
- Что вы давно собирались сделать и еще не сделали? Почему?
- Еще до проблем с голосом у меня была написана песня. Ее просто надо пойти и записать в студии. Она очень личная. Хотя у меня, наверное, нет неличных песен. Я написала ее в момент, когда мне было особенно больно. Это было безумное утро, а в голове у меня звучала аккордная последовательность. Это песня о том, что мне больно, и этой боли я не хочу.
- Что такое женственность?
- Для меня это симбиоз интеллекта, личного обаяния, которому невозможно научиться, вкус, стиль, легкость, доброта, элегантность, осознание собственной ценности, любовь к себе
- Что бы вы у меня спросили?
- Когда Вы смотрите в зеркало, Вы видите там себя или кого-то ещё? И как часто Вы вообще смотрите в зеркало?
- Странно было смотреть в зеркало впервые после амнезии. Я не помню, смотрелся ли я в зеркало В ТОТ день, когда обнаружил себя посреди пустоты, без воспоминаний, без памяти. Я даже не помню, когда, на самом деле, посмотрел в зеркало после амнезии впервые – через неделю? Через пять дней? Или через три? Но отчетливо помню, как было тяжело привыкнуть к тому, что я – тот же человек, который все эти годы жил МОЮ жизнь, которую он у меня отобрал. Видеть в зеркале другого человека – это очень дико. Я вот до сих пор пытаюсь понять, насколько я – это и теперь тоже я. Чисто на бытовом уровне, разумеется, всё по-прежнему и не так болезненно, как я тут написал. Наверное, я вообще стараюсь задумываться очень постепенно о том, ЧТО именно со мной тогда произошло и насколько же я правильно-постепенно принимал странности этого мира и своего восприятия.
Если музыка – это ответ, то моей музыкой стало Искусство и перфоманистское воплощение мыслей и идей, которые меня очень волнуют. Музыка форм. Музыка смыслов. В этих формах и смыслах я пытаюсь найти Ответы на вопрос, кто я и как найти путь к этому себе.
Спасибо вам за этот вопрос)
Как вновь начать говорить, обрисовывая контуры сущего, с чего начать, когда безмолвие накрыло с головой? Как вновь научиться Видеть и осязать Идеи, оказавшись в совершенно пустой комнате, где нет света, форм, правил; в комнате, которая переотражает внешнюю бесформенность пустоты внутрь тебя самого? Мы смотрим в это зеркало нового дня, и там нет мира, в котором хотелось бы проснуться. Словно и вовсе некуда просыпаться из этого сна без конца и начала.
Неопустошим сосуд, до краев наполненный Тишиной. Ее не выпить ни одному сверхчеловеку - ведь он соединен с безраздельным и необозримым океаном. В мире материального тишины гораздо больше, чем звуков. Она окружает, заполняя все мыслимые… пустоты. И вот они уже не так пусты - они наполнены тишиной.
Давай будем говорить при помощи этой тишины о воспоминаниях, которых у нас нет, пока не выскажем ее всю без остатка. И эти слова соткут ткань нашей жизни. И будет время, которое мы будем проживать, и безраздельно царствующее утро, в котором не хотелось бы просыпаться. И его ткань будет расклеиваться, распетливаться волнами еще миллионы долгих лет, пока слова борются с отчаянием Тишины, складывая кирпичики пространств. Однажды за очередной стеной я увижу Тебя на очень короткий миг, который растворится еще одной иллюзией.
Безраздельное отсутствие воспоминаний открыло нам самое главное: если есть голос - он должен быть высказан. Если есть что сказать - это нужно сказать, как бы ни было тяжело. Иначе полотно окутывает, укрывает от мира звуков и воплощений, отнимает слова, берега, предметы, формы, иллюзии, заблуждения, прикосновения, оставляет только причудливый контур нечеловеческого, который развеет холодный рассвет.
Как начать говорить посреди тишины и пустоты? Как понять, что голос - это голос, а музыка - это музыка?
Я задаю тебе вопросы и боюсь получить ответы. Или не получить ничего, беспомощно наблюдая за тем, как мой сосуд наполняется капля за каплей очередной порцией пустоты. Но ты отвечаешь.
Музыка - это ответ.