11. Пограничный контроль
Urchohi"Плаун" — корабль, взявший нас на борт, — изначально следовал по Внешнему Космосу: от объединения, называемого "Коробка", до Коллекции Редкостей, цивилизации в составе Звезды-Собирателя. По пути он столкнулся с сообществом "Слезы Бумаги", которое запретило использовать более удобный путь через измерение b — систему искажений, используемых для путешествий на большие рассстояния. Поэтому для "Плауна" выбрали самый изученный и безопасный путь из возможных — через Могарскую Империю. Но до нее "Плаун" не добрался и попал в аномалию…
— Подождите, — не понял я. — Если я правильно помню, Могарская Империя позволяет пересечь свои границы только один раз, в одну сторону… Или для гостей из Внешнего Космоса правила другие?
Ароа фыркнула, поднимая взгляд от своего планшета и бокала с зотским бренди. Тоун вздохнул и нервно замахал руками. Помимо нас троих, в столовой сейчас никого не было. Столовой на "Плауне" назывался угол практически пустого грузового отсека, где установили пищевой синтезатор и поставили столик с парой диванов и кресел. На стенах висели незнакомые мне пейзажи и занавески — очевидно, только для красоты, потому что окна здесь отсутствовали.
Тоун был низкорослым гуманоидом с длинными ушами, лысой шишковатой головой, черными губами и пятнистой бледно-голубой кожей. Вид, к которому он относился, здесь называли гоблинами; я пока не выяснил, имеют ли они отношение к существам из сказок народов Тверди, но сходство определенно имелось.
— Если есть пропуск от Дерева-Поля, то границы Могарской Империи можно пересечь два раза, — объяснил он. — И сколько угодно, если ты торговец из Альянса с разрешением, подписанным тремя Инхо, либо если ты представитель спецслужб или официальный представитель Зото, потому что Империя не хочет с ними ссориться…
Спокойная, даже монотонная речь у него контрастировала с нервозностью в мимике и манерах. Он постоянно теребил что-то в руках, дергался и неразборчиво бормотал под нос. Впрочем, не исключено, что это нормальное поведение для гоблинов.
— Дерево-Поле — это цивилизация во Внешнем Космосе, так? Я не знал, что Могарская Империя поддерживает отношения с одной из них…
— И она, и множество цивилизаций Кластера Происшествий, к примеру, Денный Альянс, хотя его отношения с цивилизациями вне Кластра не настолько активны. Это интересно, потому что внутри Кластера Происшествий Империя ведет куда более изолированную политику…
— Действительно интересно, — сказал я. — Я из Денного Альянса, но об этом ничего не знал…
Ароа снова фыркнула. Судя по всему, ее забавляло мое невежество. Я решил ее не разочаровывать.
— Почему — "Кластер Происшествий"? — спросил я. — Неужели во Внешнем Космосе ничего не происходит?
— Занятая вашими видами область галактики отличается повышенной средней плотностью населения, — ответил Тоун. — Как следствие, у вас высокая средняя концентрация всякой хуйни, — монотонно заключил он.
Ароа прыснула. Я тоже не выдержал и рассмеялся. Тоун продолжал дергать ушами и вертеть вилкой, глядя в свою тарелку; мне стало неловко, и я извинился.
— За что? — спросил он, не поднимая взгляд. — Я пытался пошутить, и моя попытка оказалась успешна.
— А… Тогда поздравляю!
Закончив со своей порцией, Тоун убрал посуду в утилизатор и вышел, не говоря ни слова.
— Мне кажется, я ему не нравлюсь, — вздохнул я, тоже поднимаясь.
— Как же так! — Ароа всплеснула руками. — Как такое возможно!
Она проследила за мной до выхода.
— Что, боишься, что они там друг друга поубивают?
— Кто?
— Тик с Ицаином.
Я рассмеялся.
— Я думаю, они уже неплохо ладят. Хотя ты права, без присмотра я бы их не оставлял!
Каюту нам выделили одну на семерых. Было тесно, Айхас жаловалась на шум и вонь, Эхья — на больную спину, а Ицаин — на то, что Тик занимает слишком много места своим лабораторным оборудованием. Эхья напоминали ему, что условия здесь далеки от лабораторных. Тик не замечал обоих. Образцы с планеты щупалец — ему удалось собрать материал даже за пределами нашей "клетки" — он изучал почти без перерыва с самого взлета.
Не дойдя до каюты, я чуть не споткнулся. Кахти, высокая зеленокожая женщина с длинными ушами и такой же лысой шишковатой головой, как у Тоуна, лежала поперек коридора.
— Не обращай на меня внимания, — она вяло махнула рукой. — Я просто прилягу…
Я не успел ничего спросить или предпринять — кто-то оттолкнул меня со спины и сел рядом с Кахти. Это оказалась Намгар, женщина со светло-коричневой кожей и белыми склерами глаз.
— Простите… все в порядке?.. — спросил я. — Нужно чем-то помочь?
Намгар подобрала ее, без какого-то видимого усилия перевернула и положила вдоль стены, на живот.
— Ай, — вяло отозвалась Кахти.
Я только заметил, что руки у Намгар потеряли форму и поменяли цвет. Теперь они походили на текучие аморфные кляксы в ярких розовых и зеленых пятнах.
Она обернулась с дружелюбной улыбкой — развернув голову под углом, анатомически невозможным для гуманоида.
— Все в порядке! — заверила она. — У нее опять нарушилась совместимость с адаптором энергии.
Намгар задрала куртку Кахти, обнажая имплант у нее под лопаткой. Она не стала поворачиваться обратно — вместо этого она вырастила другое лицо на затылке, а первое сразу же заросло черными волосами. После этого она отсоединила имплант и передала его мне.
— Подержите, пожалуйста, — попросила она, и я осторожно взял его из рук-клякс. — Не бойтесь. Извините, если напугала, — Намгар рассмеялась.
— Не копайся, а то я умру, — пробормотала Кахти с пола.
Руки-кляксы проникли в пустой сокет на ее спине, а затем зелено-розовая масса покрыла всю ее спину.
— Мне нужно что-то еще делать?.. — неловко поинтересовался я.
— Нет-нет, — у Намгар прямо из спины выросла рука, которой она махнула, и тут же растворилась обратно. — Пока не нужно. Главное — не сломайте! А то Кахти в этом измерении без него не выживет.
Я посмотрел на имплант у меня в руках. Сложно судить, не вскрывая, но немного напоминает пси-супрессор… нет, нет, здесь принцип должен быть посложнее. Как-то я видел схемы устройства, преобразующего пси-паттерны…
— Спасибо за доверие, — я нервно рассмеялся.
— Да не бери в голову. Нам главное, чтобы на него не наступил никто.
— Например, Иренай, — глухо донеслось от Кахти.
— Особенно Иренай! — они обе рассмеялись.
Иренай был, насколько я понимал, капитаном "Плауна". Огромный креватец выше Эхья и шире нас всех вместе взятых, напоминающий глыбу красного кристалла или гигантскую каплю крови. Несмотря на свои размеры, шаги у него были тихие и мягкие, легко заглушаемые шумом двигателей и охлаждающих систем…
— Почему не в медблоке? — раздался позади меня голос, похожий на звон стекла. Я обернулся, неловко улыбаясь. Иренай нависал надо мной, но смотрел на Кахти и Намгар на полу — насколько можно было судить по сплошным черным сферам его глаз.
— Я тут легла, — объяснила Кахти.
Иренай вздохнул. Демонстративно — легких у креватцев не было.
— А этот что тут делает? — он кивнул на меня.
— Помогает! — отозвалась Намгар. Иренай устало посмотрел на нее.
— А на твоем месте я бы не рисковал терять гуманоидную форму в этом секторе.
— Как будто он сам гуманоид, — Кахти фыркнула.
— Ближе к этому, чем во что бы Намгар сейчас ни превращалась.
— Я ни во что не превращаюсь!
— А ты — иди отсюда, — он повернулся ко мне, вытянул щупальце, растущее из пасти у него на животе, и забрал у меня имплант. Я посмотрел на Намгар и Кахти, словно ожидая от них дальнейших указаний, но они, кажется, больше не нуждались в моей помощи.
— Кыш, кыш! — Иренай замахал на меня руками.
Больше всего Иренаю нравилось, когда мы не путались под ногами. Влияния на курс корабля у нас не было. Этот факт, впрочем, мало кого расстроил. Мы отправлялись во Внешний Космос. Айхас и Ицаин были рады выбраться из нашей клетки с пластиковой травой, и неважно куда, Шакту надеялась наконец-то заглянуть домой и повидаться с детьми.
— У тебя есть дети? — удивился я.
— Какие же это дети? Шату тридцать, а Айхо сорок восемь — и это в годах Крефа, а они почти в полтора раза длиннее, чем на Земле или на Тверди! Хотя буду честна, совершеннолетие у эхха должно наступать в восемьдесят минимум…
— А тебе сколько?
— Семьдесят четыре!
Эхья порадовались, что у них снова есть шанс увидеться с кем-то из близких, если те умрут.
Тик с энтузиазмом перечислял все места и планеты, где он еще раз хотел бы побывать. Ничего не указывало на его последний неудачный опыт с Внешним Космосом…
— Все потому что, друг мой, Внешний Космос — это не единое место! — он поучительно вскинул палец. — Внешний Космос бесконечно разнообразен! И единственная мелочь, испортившая впечатление, не должна… испортить впечатление!
Ароа отклонение от курса тоже нисколько не расстроило.
— Рядом с Креватом есть один портал, — сообщила она. — Он ведет к базе рядом с Я-Облаком, а оттуда очень легко попасть в любую точку Кластера Происшествий! Остальные могут оставаться где хотят, а вот мы с тобой должны вернуться и продолжить начатое…
— Как часто ты бывала во Внешнем Космосе?
— Пару раз, — ответила Ароа. — И очень много слышала…
— И во всем Внешнем Космосе нет способов синтезировать фаниан и доставить его обратно в Кластер?
— И то и другое? Не-е. Если бы это было так легко, думаешь, контрабандисты бы этим не воспользовались?
Когда я вернулся в каюту, Шакту сообщила, что Иренай согласился остановиться на ее родной планете.
— Как раз к фестивалю Просвета! — радовалась она. — Хоть Раг увижу!
Ароа выразительно скривилась.
— Фестиваль Просвета? В Уккша? Я лучше буду месяц питаться готовкой Ицаина!
— Это было один раз! — возмутился он. Ицаин ютился на краешке нижней спальной полки, на которой Тик разложил свои инструменты и биологические образцы. Ицаин, кажется, признал свое поражение, и больше не возмущался, что Тик занял целую кровать. Айхас тоже смирилась. Ее решительно не устраивало спать на полу, но Тик клялся, что обязательно освободит ей место, когда закончит с очередным исследованием биоматерии, и она терпела.
— Одного раза было достаточно, чтобы понять, что ты убить меня хочешь! Никорский гриб и молотый сатон! Как тебе пришло в голову такое сочетание?
— В Уккша умеют отмечать фестиваль Просвета, — уверенно заявили Эхья. Они сидели на верней полке, свесив копыта и поджав колени назад, и задумчиво смотрели одним глазом на искаженные пространственным модулем звезды в окне. — Дефры — нет. Рахи — лучше бы и не пытались, и хорошо, что у них он непопулярен. А вот у эхха это получается лучше всего.
— Тебе-то откуда знать, — фыркнула Ароа. — Ты вообще из другой галактики.
— Я тебя не приглашаю, — Шакту пожала плечами. — Рядом с Уккша вообще с десяток порталов — хочешь, на Креват, хочешь — на Землю, хочешь — в Ленту Тепла…
Айхас видимо дернулась. Ароа усмехнулась и подняла бровь.
— И что ты этим хочешь сказать?
— Что такое Лента Тепла? — спросил Ицаин.
— Очень просто, — объяснил Тик. — Это рай, в который ты не сможешь не вернуться. Поэтому из него уйти сможешь только не ты!
— Это очень влиятельный культ, — ответили Эхья. — Настолько, что Дерево-Поле и даже несколько цивилизаций Звезды-Собирателя считают его легитимным государством, поддерживают торговые отношения…
— Ну прямо и культ, — отмахнулась Ароа. — Ты всегда так легко веришь пропаганде Звезды-Собирателя? Или просто жить, как сам считаешь правильным, быть счастливым и никого не трогать — это преступление?
— "Никого не трогать?" — переспросил я.
Эхья покосились одним глазом вниз, на Тика. Ароа проследила их взгляд и пожала плечами.
— Ну и что вы хотите сказать? Ставлю свою левую сиську, что он проник на их территорию нелегально, а потом пытался сбежать… А мог бы остаться и быть счастливым…
Она осеклась. Я ничего не успел сказать, но она поймала мой взгляд.
Тик расхохотался, так резко и так громко, что я дернулся. Мне впервые стало некомфортно от его смеха.
— Тик, ты в порядке?.. — тихо спросил я. Остальные молча и пристально смотрели на нас. Я особенно ощутил, насколько тесна эта каюта.
— В порядке! Я в порядке! — радостно сообщил он, не отрываясь от своих инструментов. — И это хорошо, что я в порядке — потому что мог бы быть счастлив, а это, друзья мои, намного хуже! — он поучительно вскинул палец.
Когда мы вышли во Внешний Космос, звезды не изменились. Было странно этого ожидать, но я, кажется, даже немного разочаровался.
Длинная искусственная рука легла мне на плечи. Лицо Тика отразилось в окне рядом с моим.
— Видишь во-о-он ту звезду? — спросил Тик, тыкая в стекло.
Я кивнул.
— Знаешь ее?
Я покачал головой.
— Не помню ее на навигационных картах, но…
— Я тоже не знаю! — перебил он и захихикал. Айхас, которая еще спала, недовольно забормотала.
"Звезда" приближалась стремительно.
— Кажется, мы оба сейчас узнаем, — заметил я.
Это оказалась червоточина, окруженная стабилизатором. Я успел рассмотреть три корабля рядом с ней — чуть больше нашего — и "Плаун" развернулся так, что она исчезла из нашего поля зрения. Корабли я успел рассмотреть — сплюснутые, круглые, с глухим корпусом без иллюминаторов. На одном из них я увидел круглое отверстие снизу, усеянное будто зубами…
— А, точно, — сказала Шакту. — У вас же в Кластере такого нет.
— Стабильных червоточин… пока нет, — согласился я. — И таких моделей кораблей я не видел… А вот пограничный контроль — вполне встречается!
— Это не корабли, — сказала Шакту.
В тот же момент что-то сняло с "Плауна"… крышу.
Айхас подскочила в постели, протирая глаза.
— О нет, только не опять, — взмолилась она.
— Не волнуйся, дорогая, — успокоила Шакту. — Ты же знаешь, они долго обычно не возятся.
Один из кораблей — или чем бы они ни были — завис над нами. Из зубастого отверстия тянулось массивное щупальце, асимметрично раздвоенное на конце, похожее на то, которое у Иреная.
— Долго не возятся… с чем? — тихо спросил я, пытаясь хоть как-то осознать происходящее. Щупальце тем временем разделилось на множество тонких и принялось хватать и ощупывать все, что было в нашей каюте… включая нас самих.
— Лучше не думай об этом, — посоветовала Шакту. — Все! Можно мне этих больше не держать?
Все схлынуло, как наваждение. Потолок оказался на месте. На щупальца не осталось и намека.
Тик куда-то делся…
— Не переживай, — заверила Шакту. — У него пси-защита, поэтому он досматривается отдельно. Сущая формальность. У Иреная все документы, а у обитателей Кластера — свободный проход через портал i-128 Дерева-Поля. Договор с Креватом…
— Так это была… пси-иллюзия?
— Лучше не думать о том, что было на самом деле, — настойчиво повторила Шакту.
За окном пронеслось гигантское раздвоенное щупальце. Ицаин поежился, глядя на него, и отвернулся.
— Если б не я, вы бы с ним вместе отправились, так что скажите спасибо, — сказала Шакту. — У вас, обитателей Кластера, несовместимость пси-паттернов со стандартом в этом секторе… Ваши мысли могут читать только эхха, и то если повезет.
— То есть ты была… проводником для пси-влияния этих существ? — уточнил Ицаин.
— Что значит — спасибо? — спросил я. — Что с ним там делают?
Шакту рассмеялась.
— Не переживай ты так. Ничего серьезного. Просто если бы вас всех так досматривали, это бы заняло лишних часа четыре. А так мы уже готовы к отлету.
Ароа закатила глаза.
— Наконец-то. Прошлый раз они были быстрее…
— Это от портала зависит, — заметили Эхья. — Один раз меня задержали у l-076 на трое суток…
— Бр-р, — Ароа повела плечами. — Я бы лучше осталась в Я-Облаке. Оно хоть интересный собеседник.
Тик вернулся на корабль, только когда мы практически вошли в портал. Я сразу заметил его подавленность. И помимо отсутствия улыбки во все сорок четыре, что-то еще было не так с его лицом…
Импланты. Их не хватало. Модули подводного дыхания, часть зрительных сенсоров, пси-генератор на левом ухе… Не считая воспоминаний о том фото Кеола Зифо, о котором нам так и не довелось пока поговорить, это был первый раз, когда я видел у Тика столько ровной кожи. Он весь выглядел голым и жалким, хоть и кутался в свой халат до подбородка.
Я кинулся к нему, но он оттолкнул меня и молча прошел мимо. Хромал он еще заметнее, чем обычно.
"Ничего серьезного".
Судя по едва уловимым пространственным искажениям, мы уже прошли через червоточину. Но это не значит, что уже поздно повернуть назад…
Столовая пустовала, и Тик пришел туда.
— Уйди, — сказал он тихо, и я не узнал его голос. — Пожалуйста, — взмолился он.
— Хорошо, — сказал я. — Но я обещаю, что я это так не оставлю…
Ни Иренай, ни Эхья не оценили — ожидаемо — мою идею развернуться.
— Это должно считаться нарушением! — возмущался я. — Пострадал член нашей команды! Неужели мы ничего не можем сделать?
— Ты хочешь, чтобы нас отправили на утилизацию? — осведомился Иренай. — И если ты еще раз вот так ворвешься ко мне на мостик, я запру тебя в карго-контейнере на всю продолжительность пути. Это-то ты понять способен?
— Я правильно понимаю — ты предлагаешь развернуться и начать разбираться с Деревом-Полем, только потому что Тику немного грустно из-за потери имплантов, без которых он спокойно может выжить? — уточнили Эхья. — Ты вообще знаешь, что в Дереве-Поле делают за малейшие нарушения?
— Не переживай ты так, — Шакту махнула рукой. — С ним такое бывает. Пару дней побесится, успокоится и будет как новенький. А имплантов он себе еще наштампует.
— Ты сказала, что ничего серьезного с ним не сделают, — напомнил я.
— Ну ты же и сам все понимаешь, — она вздохнула. — Не хотела тебя беспокоить, а то выкинул бы чего…
— "Беспокоить", — фыркнул я.
— Именно из-за такой реакции! А что ты хочешь, чтобы мы вокруг него плясали, только потому что его величество Зикс с ним ебется?
Эхья молчали. Ароа затаив дыхание наблюдала за нами — словно это было каким-то представлением. Винить я ее, впрочем, не мог: заняться тут было решительно нечем.
— Какая разница, с кем я… ебусь? Пострадал ваш друг, — я обвел взглядом Шакту, Эхья и Айхас, — разве мы не должны что-то сделать? Я ничего не знаю о Внешнем Космосе, но вы…
Шакту расхохоталась.
— Как он это умудряется, а? — она переглянулась с Эхья. — Третий год с нами болтается, а все еще ведет себя, как наивный идиот. Так ты нас видишь? Как своих беззубых дружков с Тверди? Без обид, — она кивнула Ароа.
— Все нормально, — Ароа улыбнулась.
— И раз мы… "друзья", значит, как ты выразился, — Шакту снова повернулась ко мне, — мы должны воспринимать истерику одного психа как серьезную проблему, требующую немедленного решения?
— Истерику? — возмутилась Айхас. — Ах, истерику! Помнишь, как я переживала, когда потеряла десяток утановых кристаллов? Для тебя это тоже была "истерика"? Без них ведь можно спокойно выжить! И два метра бесценной наерской вышивки! Сгорели, без остатка! У меня до сих пор картина перед глазами!
— Ты пережила эти ужасные испытания, дорогая, — Шакту пожала плечами, — и он тоже отлично справится.
— Знаешь что, я и без тебя могу спокойно выжить! И переживу, и справлюсь!
Айхас вскочила и вышла из каюты. Дверь была автоматической — но Айхас задержала ее на долю секунды, чтобы та хлопнула громче. Шакту тяжело вздохнула, поднялась и вышла вслед за ней. Ароа смотрела с восхищением. Ицаин пытался сделать вид, что его здесь нет.
— Мне надо было запретить отношения в команде, — сказали Эхья.
— Если бы пострадал кто угодно из вас — я бы вел себя точно так же.
Эхья усмехнулись, выдыхая через стиснутые зубы.
— В благодарность за то, что мы тебя не съели?
— Неужели больше ничего нельзя сделать? — вздохнул я.
— Он будет в порядке, Зикс, — сказали Эхья. — Не сразу, но придет в норму… насколько к нему это применимо. Такое с ним уже было.
Тик все еще был в столовой. Это я услышал еще за дверью. Никакого улучшенного слуха Инхо не требовалось — Тик рыдал. Так громко и отчаянно, что мне стало жутко. Он то надрывался, крича до хрипоты, то тихонько всхлипывал и подвывал, но не успокаивался.
Я все еще сомневался, стоит ли его беспокоить — может быть, ему нужно побыть одному, покричать в пустоту… Но потом услышал удары — по стене, по полу, по чему-то живому — и заспешил сильнее.
Тик разбил столик посреди комнаты, когда я вбежал, и тут же принялся бить и царапать себя.
Я схватил его за руки, чтобы остановить, но он ударил меня искусственной рукой, все еще сильной, и я отлетел на пол. Тик разрыдался еще сильнее.
Я поднялся и осторожно обнял его. Он обмяк, сел на пол, и снова зашелся в рыданиях.
Двадцать две минуты мы сидели так на полу — Тик надрывался, а я держал его в объятиях, боясь, что он что-то с собой сделает. Он сжимал и разжимал кулаки, сгибался пополам, как от сильной боли, но бить себя больше не пытался.
За три года я видел его плачущим только один раз — когда умер его любимый персонаж в книге. Но тогда это было и близко не так… жутко, как сейчас.
Понемногу он затих и даже улыбнулся. Я еле сдержался, чтобы не разрыдаться самому: еще не хватало ему в таком состоянии теперь меня успокаивать.
— Ты в порядке? — осторожно спросил я. Он похлопал меня по плечу и медленно поднялся. В этот же момент вошла Кахти и уставилась на разбитый стол. Ну, хотя бы с ней все, видимо, хорошо.
— Это что? — спросила она.
— Ах, извините, — я неловко улыбнулся, поднимаясь. — Я споткнулся и… — я развел руками. — Я все уберу…
— Убери, — она кивнула. — Иренай не любит, когда на его корабле ломают вещи. Но тебе, дураку из Кластера, может и простить…
Я нервно рассмеялся.
— Хорошо-хорошо! Передай ему благодарность от дурака из Кластера.
— И в следующий раз, — она понизила голос, — используйте резервный шлюз в задней части корабля… Там достаточно пространства для… чем бы вы тут ни занимались. А еще там нечего ломать, и звукоизоляция… получше.
Я посмотрел на нее. Кахти была абсолютно серьезна. Я едва удержался от смеха — хоть и понимал, что Тику не весело, пусть в другом состоянии он бы первым оценил…
— Спасибо за совет! — ответил я. — Запомним!
Тик все это время молча и пристально следил за Кахти, пока она не забрала детали, за которыми пришла, и покинула столовую.
— Ты… как? — осторожно спросил я. Он сел на диван, пусто глядя перед собой.
— А, — он махнул рукой. — Не очень. У меня опять забрали меня.
Он стиснул кулаки.
— С меня хватит… — он ударил по дивану рядом с собой. — Хватит!!! Ты не представляешь, как мне надоело этим заниматься!
— Ты… все еще про импланты?.. — спросил я.
— Я к ним привык! Ты знаешь, сколько мне придется настраивать новые? И думать в этот момент… что это не то, не те… что меня опять забрали…
Он схватил меня за руку, усадил рядом, развернул к себе и пристально уставился мне в лицо.
— Пообещай мне вот что, — он нахмурился. — Ты не будешь думать, что я ненастоящий… что я надстройка, болезнь, травма… что без меня мне было бы лучше. Пообещай, пожалуйста!
— Я никогда не думал, что ты ненастоящий, — сказал я.
И тут же вспомнил лицо Кеола Зифо.
"Настоящий".
Каким он был — Кеол? Сильно ли отличался от Тика?
В первый же день я подумал, что это не его "настоящее" имя… Может быть, где-то у меня проскользнула и мысль, что Кеол был чем-то лучше…
Может быть, этого он сейчас и боится.
Может быть, сейчас самое время…
— Тик, я давно хотел об этом поговорить… я видел тебя до… смерти. В новостях. Кеол Зифо…
Тик вздохнул.
— Он умер намного позже. Долго умирал. Постепенно, по кусочкам…
— После Ленты Тепла?
— Я не хочу опять — по кусочкам! — он вцепился мне в плечи и посмотрел в глаза. — Это слишком… обидно! Неправильно!
— Ты не умрешь! — пообещал я. — И ты настоящий, и останешься настоящим, и я не буду в этом сомневаться!
— Да! — он решительно кивнул и улыбнулся во все зубы. — И я знаю, что делать!
Он отпустил меня, а потом ощупал свое лицо, ощущая ровную кожу на месте имплантов, и разрыдался.
— Я не знаю, что делать! — он уткнулся мне в плечо, и я обнял его в ответ.