1 part

Панли не считал себя романтиком. Он был практичным, спокойным, привыкшим решать чужие проблемы, а не свои. Работа в кафе, которое он открыл вместе с Глайджаем, отнимала почти всё время, и Панли был этому рад — меньше оставалось думать о том, чего ему самому не хватает.

Глайджай был рядом всегда. Тихий, внимательный, с вечно опущенными глазами, которые, тем не менее, замечали каждую мелочь: когда Панли не выспался, когда забыл поесть, когда у него болела спина после смены. Глайджай ставил перед ним чашку зелёного чая без сахара (Панли пил только такой) и молча садился рядом. Никогда не давил, не требовал ответов. Просто был.

И Панли думал, что это и есть счастье. Спокойное, ровное, как утреннее море без ветра.

Но потом пришёл Дуан.

Это случилось в обычный вторник. Дуан ворвался в кафе как ураган — с громким смехом, растрёпанными волосами и сияющими глазами. Он заказал два латте, один с двойным сиропом и корицей, другой — тёплый, с меньшим количеством сахара. Панли тогда только передал напитки, а Дуан, принимая их, случайно коснулся его пальцев.

— Извините, — улыбнулся Дуан. — Вы, наверное, Панли? Глай много о вас рассказывал. Вы такие милые вместе. Завидую вам, ребят.

И ушёл.

А Панли остался стоять с открытым ртом. Потому что сердце вдруг пропустило удар — не как у друзей, не как у соседей. Как у того, кто увидел солнце после долгой зимы.

В ту ночь он не спал. Лежал в темноте, смотрел в потолок и думал: «Что это было? Просто усталость. Просто он яркий. Я не могу… я же с Глаем».

Но утром, когда Глайджай принёс ему зелёный чай, Панли почувствовал не тепло, а вину.

—

Следующие недели Панли превратились в ад.

Он начал искать встречи с Дуаном. Узнал от Глайджая, что Дуан учится на музыкальном факультете, что его парня зовут Цинь, что они недавно съехались. Панли специально ходил в библиотеку в те часы, когда Дуан ждал там Циня после репетиций. Приносил ему булочки с корицей (выяснил через Глайджая, что Дуан их обожает). Дуан благодарил, но каждый раз добавлял: «О, отлично, Цинь тоже любит корицу. Возьму ему половину».

И Панли улыбался, разрываясь внутри.

Он стал замечать детали, которые сводили с ума. Как Дуан поправляет волосы, когда нервничает. Как он наклоняет голову, когда слушает собеседника. Как его голос становится мягче, когда он говорит о Цине. Панли знал, что это больно, но не мог остановиться.

Однажды вечером он остался в кафе один, допоздна разбирая отчёты. Глайджай ушёл домой пораньше, потому что чувствовал себя уставшим. Панли тогда обрадовался — не нужно было притворяться. Он уронил голову на руки и прошептал в пустоту:

— Что со мной не так? Почему я не могу просто… любить того, кто рядом?

В дверях возникла фигура. Панли вздрогнул, но это был не Дуан. Это был Глайджай — он вернулся за забытым телефоном.

— Ты плачешь? — спросил Глайджай тихо.

— Нет, — соврал Панли, вытирая глаза. — Пыль.

Глайджай не поверил. Он подошёл, сел рядом, не задавая вопросов, и просто обнял. Молча. Долго. Его пальцы гладили спину Панли круговыми движениями — так успокаивают испуганного ребёнка.

— Ты пахнешь дождём, — сказал Глайджай в тишине. — Это мой любимый запах.

Панли замер. В груди что-то щёлкнуло. Он вдруг осознал, как давно Глайджай был рядом. Как он смотрел на Панли не так, как все — с требованием быть идеальным, а с принятием. Глайджай никогда не просил его меняться. Он просто ждал.

— Глай… — начал Панли, но парень коснулся губами его щеки, убирая невидимую слезу.

— Не надо ничего объяснять. Я знаю, что ты не мой. Пока не мой. Но я подожду. — Глайджай улыбнулся той своей тихой улыбкой. — Я умею ждать.

И Панли понял: хватит бежать за тем, кто смотрит на другого. Пора обернуться.

—

На следующее утро Панли принял решение. Он больше не будет искать Дуана. Не будет заходить в музыкальный корпус, не будет покупать булочки с корицей, не будет проверять его сторис в Инстаграме. Это было трудно — как бросить курить после двадцати лет зависимости. Но Панли знал: иначе он потеряет Глайджая.

Он написал Дуану короткое сообщение: «Извини, в ближайшее время буду занят на работе. Булочки приносить не смогу. Передавай привет Циню». Дуан ответил через минуту: «Без проблем, спасибо тебе большое! Ты классный».

Панли удалил чат.

Глайджай ничего не спросил. Он просто пришёл вечером с мангостином — любимым фруктом Панли — и они вместе посмотрели фильм. Панли впервые за долгое время не чувствовал себя самозванцем.