## 1. НАЧАЛО

​​Тихон сжимал стекло в потных ладонях. Ногти черными ободками пытались сцепиться со стенками банки, чтобы она не выскользнула, не брызнула осколками по асфальту.

​​Ноги сами несли по знакомому пути к дому. Вдоль журчащего канализационного ручейка, по остаткам бетона, перепрыгивали выпученные где попало корни дубов, проскальзывали островки желтого снега с собачьим пометом.

​​Дыхание срывалось в сипение. Непривычный для располневшего дьячка марафон.

​​Банку с Богом надо дотащить до дома и спрятать. 

​​«Куды же», - думал Тихон - «где у меня такой темный угол, чтобы не отсвечивала?». И сам гыкнул своему каламбуру.

​​Бог в банке молчал и не шевелился.

​​«Вот какой всемогущий», - хохотнул Тихон, - «Простую крышку откинуть не может.»

​​Он постучал пальцем по стеклу.

​​— Боже Всемогущий! Что молчишь? Одолел тебя обычный служитель твоей церкви?! Одолел?!

​​ Тихон доскакал, наконец, до дома. Приткнулся потным лбом к дверному косяку.

​​«Или Он не хочет выходить из банки?!», - подумал Тихон и мелко затрясся от смеха.

​​\*\*

​​

​​На дне банки было… твердо.

​​Бог ткнулся о стеклянную стену.

​​Ничего не изменилось.

​​Я познал материю, подумал Бог.

​​До этого часа, темного и удивительного, само понятие проявленного бытия было для Бога лишь теорией.

​​Вот есть Ткачи, размышлял он, их я знаю от Начала. Мои вечные, совершенные архитекторы гармонии Вселенной. Есть Полотно, которе Ткачи создают. Я пребываю в созвучии с ними, тоже сотворяю бытие, укладывая идеальный узор из нитей квантовых струн. Я могу слышать все узоры Полотна - прошлые, настоящие и будущие, каждую вибрацию, сотворенную изначально и бесконечно. Я прохожу сквозь свитые в спирали участки сущего, могу менять узоры местами в любом моменте творения, если чувствую, что так будет правильно. Создаю новые измерения, а затем стираю их, если какие-то части становятся не сонорны всей гармонии Полотна. Я позволяю зазвучать и затихнуть новым материям. Потому что я есть Начало и Конец всего…

​​Так почему же сейчас я не могу пройти сквозь стеклянные стены? Я же знаю, что этой банки не существует. Есть бесчисленное множество моментов, где она еще не была сделана, или уже растворилась, рассыпалась, стала опять песком.

​​И еще это мутное тучное нечто вокруг меня. Стягивающий густой кисель.

​​Он цепляется, липнет со всех сторон, стискивает мое существо в какую-то осязаемую форму, не пускает в те пространства, где банки еще или уже нет.

​​Вот почему я ограничен, подумал Бог.

​​Время.

​​Глухие звуки чьих-то голосов окружили банку со всех сторон. Кажется, Тихон говорил с кем-то. Бормотал быстро, сбивчиво, повторял рефреном «на все воля божья», хихикал. Второй голос говорил мало. Все спрашивал одно и то же. То отдалялся, то приближался. Наверное, ходил туда-сюда. 

​​Бог подумал, что нужно подать какой-то знак второму человеку. Обнаружить себя, свое заточение. Может тот, второй человек, поможет выбраться из банки. Но как?

​​Бог пошевелился, попытался расшириться, ускориться. Но лишь уперся в крышку банки.

​​И вот я не только ограничен пространством и временем, подумал Бог, мне уже требуется чья-то помощь!

​​Голоса стихли. Бог так и не успел придумать как заявить о себе. Будто способность мыслить стала вязнуть, замедляться, гаснуть.

​​Я попал в ловушку, сознался сам себе Бог. Познал свою ограниченность. Теперь я сам все сильнее уплотняюсь, теряю мерности, схлопываюсь и замедляюсь. Да я, черт возьми, стал беспомощным!

​​Бог познал гнев и уныние.

​​Только еще мне не хватало эмоций, кипятился Бог, всех этих низкочастотных трехмерных колебаний, которыми постоянно звучат человеческие существа! 

​​Бог ударил по стеклу. Банка не покачнулась и даже не зазвенела.

​​Как мне выбраться?!

​​Бог все сильнее раздражался. Колотил по стеклу, по крышке снова и снова. Размахивался в скудных пределах ограниченного пространства и бил, бил, бил.

​​Наконец, от постоянного движения воздух внутри банки нагрелся. Появилась влажность. Стенки запотели. И на стекле стали оставаться следы от ударов.

​​Бог остановился, задумался.

​​Я создам знаки, решил он. Буду писать прямо тут, изнутри. Кто-то непременно увидит и освободит меня.

​​Да! Бог ощутил какую-то новую волну, наподобие эмоции радости. Даже приятно, воодушевился он, эти трехмерные колебания могут быть благостными. Если правильно настроиться.

​​Теперь бы придумать что же такое написать, чтобы побыстрее выбраться на свободу…

​​

​​