1 ✩‧₊˚

— Да ебаный в рот, — Тушенцов со злостью пнул стул - первое, что попалось на глаза. Предмет мебели тут же отлетел в стену с характерным звуком, заставляя инстинктивно вздрогнуть. Громкие резкие звуки триггер ещё с детства.

— Руслан, блять, — мгновение, и в дверном проёме появился силуэт худого, явно помотанного жизнью парня. Ничем не примечательный чувак, по совместительству сосед кареглазого любителя поебашиться со стульями. Вдвоём квартиру снимать дешевле, на этом они и сошлись. — Можно не ебашить стулья хотя бы когда я по телефону разговариваю? — он раздражённо вздохнул и, быстро проговорив в трубку что-то вроде "я перезвоню", уставился на Тушенцова. — Чё с тобой... Выглядишь ужасно.

— Прости, — сквозь зубы проговорил Руслан, поднимая с пола еле живой деревянный стул. Недовольно цокнул и сел на него, попутно чуть не упав, ибо одна из ножек всё же пострадала.

— Что случилось-то? — нехотя поинтересовался всё ещё недовольный парень в дверном проёме.

— Чувак что толкал мне таблетки и прочую лабуду куда-то делся — он нервно задергал ногой под столом. — Меня вьебывает как шестиклашку после первой затяжки.

— Так просто найди нового, тоже мне проблема, — он сложил руки на груди, в недоумении изогнув брови.

— В том-то и дело, что нет. У меня и так уже репутация долбоёба везде, где только можно и нельзя. А, ну... ещё и денег нет... Пизда мне кароче.

— Ну, если всё настолько плохо, — он порылся в карманах и, вытащив помятую бумажку с цифрами, продолжил говорить, — есть у меня тут номер одного, но...

— Похуй, — Руслан будто ожил. Заметно повеселел, даже подставив с места. — Давай, хули. Какие у меня ещё варианты?

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ* * *

— И чего, — Тушенцов шмыгает носом, беседуя с тем самым, чей телефон ему вручил сожитель только пару часов назад. — Сколько берёшь-то...

По сути это был просто рандомный тип с улицы, от куда то имевший при себе солидные запасы всякой мозго-убивающей чуши.

Но на удивление встретились не в какой-то подворотне, а у него дома. Что должно уже как минимум настораживать.

— Ты забавный, знаешь да? И миловидный. Будто транс баба в моменте забила на переход и решила остаться миловидной школьницей с телом худощавого пацана, — усмехнулся тот, потушив сигарету об уже и так до краёв наполненную пепельницу. — Мне не нужны деньги.

— Что? Я не понимаю, — он удивлённо захлопал глазами покосившись на лицеприятного мужчину в возрасте.

— Отсосёшь мне, и мы в расчёте.

— Блять, — Руслан засмеялся, пытаясь скрыть недоумение, но, заметив серьёзное лицо собеседника, мгновенно замолчал. — Не шутишь?

— Нет времени на пустую болтовню, да или нет?

— Ладно, похуй, — Тушенцов встал на колени, стянул с недо-дилера штаны и без прелюдий вобрал всю длину в рот. Опыта, очевидно, не было, так что пришлось разбираться по ходу дела, но всё же он быстро приловчился.

Действия были монотонными и быстрыми, ибо очень уж хотелось, чтобы это поскорее закончилось. Игнорировать вротный рефлекс м каждой секундной становилась всё сложнее.Еще хуже когда не просто осознаешь чем занимаешься, но ещё и чувствуешь на себе пристальный взгляды самодовольно долбоёба сверху.

Колени начинали болеть, а к глазам подступили слёзы, что странно, ведь рыдать в его планы точно не входило.

В любом случае, Тушенцов не стал останавливаться. Одним резким движением руки вытер слёзы и продолжил, ибо терять уже нечего.

И , кажется, конец уже близок, даже какое-то облегчение закрадывается в сознание. До того момента, пока его не берут за волосы, грубо поддаваясь вперёд.

Руслан жалобно смотрит вверх, пытаясь отстраниться, что то сказать, но конечно же его никто не слушает.

Он понимает, что имеет власть, и в наглую пользуется.

Руслан правда пытался сохранить самообладание, но слёзы снова предательски покатились по щекам. А через пару мгновений и вовсе смешались с чужой спермой.

Было противно. В первую очередь от самого себя.

Тушенцов без сил сел на пол, а затем выблевал содержимое всего желудка, попутно закашлявшись.

— Пиздец ты неженка, — усмехнулся тот и, с самодовольной ухмылкой натянув на себя штаны, кинул маленький пакетик брюнету прям в лицо. — Всё, вали давай.

Руслан активно закивал и, подняв пакетик трясущимися руками, попытался уйти оттуда как можно скорее.

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ* * *

— Ты блять угашенный, — зло проговорил Даня в трубку телефона.

— Чуть-чуть... — Руслан расплылся в блаженной улыбке, прикрыв веки. Глаза бегали. — Но я тебя лююблю, емаё, Дань, ты реально крут, очень..мм, клянусь... Как... как, персик! — радостно воскликнул Тушенцов прямо в динамик. — Австрийский персик... Мм, а ты, — он довольно замычал, — уважаешь их?

— Мгм, — кивнул Кашин, стараясь сохранить серьезность. — Где б ты ни был, иди домой.

— Ну чего ты, эй, ничего себе ебучий, — он захохотал, и дальше вместо членораздельной речи послышалось лишь бессвязное бормотание.

— Иди домой. И сделай одолжение, блять, не звони мне больше. Пока. — Кашин сбросил трубку, не став дожидаться ответа.

Оказывается, наркотики лишают не только перспектив в жизни, но и друзей. Руслану всё равно плевать. По крайней мере до тех пор пока пакетик, заполученный им непосильным трудом, не опустеет.

Ему плевать, да... Плевать - вот это и пугает сильнее всего.

Именно после этого телефонного разговора жизнь пошла под откос.

Теперь Тушенцову не то что бы не было с кем общаться, он в первую очередь лишился человека, который вовремя мог его остановить. Что может быть хуже для наркомана, не видящий границ ?