1 ```
Сидеть и рисовать на кладбище поздно ночью — казалось бы, странное занятие, но в этом есть своя загадочная притягательность и несколько неожиданных, но очень значимых плюсов.
Были, конечно, и несколько минусов такого времяпрепровождения...
Например, отсутствие света, но это легко решалось с помощью фонарика, который Руслан уже на автомате каждый раз пихал в сумку на выходе из дома.
Эта идея, сама по себе, всегда казалась Руслану очень привлекательной — начиная примерно с десяти лет и по сей день. Не то чтобы он очень любил мистику, скорее его привлекала сама идея одиночества и спокойствия. Тем более в таком месте, куда люди явно не станут ходить ночью. В этой гробовой тишине был какой-то свой, особенный шарм.
И каждый раз, как первый, он искал взглядом охранника, чтобы незаметно пройти мимо. В подобные моменты его охватывало легкое волнение, или же прилив адреналина, и казалось, что именно это придавало процессу особый азарт.
Но со временем даже это чувство угасло, уступив место спокойствию и уверенности - видимо, он просто привык.
Инстинктивно оглянувшись по сторонам и, уже по привычке плюхнувшись под самое большое и старое дерево поблизости, он устало вздохнул.
Какое-то время спокойно сидел, пытаясь сосредоточиться, как вдруг его отвлек странный шум. Что очень не свойственно этому месту, ведь главной особенностью кладбища буквально является тишина.
Тушенцов настороженно снял наушники и, замерев, прислушался. Начал оборачиваться по сторонам, светя фонариком, но казалось, никого нет. До тех пор, пока где-то из-за спины не послышался чужой голос.
— Привет, — рыжеволосый парень нагло и без спроса сел рядом, дружелюбно улыбнувшись. Так странно, вроде бы сидит ночью на кладбище, а болтает так, как будто просто знакомого на улице встретил. — Не знал, что сюда ещё кто-нибудь ходит.
Руслан нахмурил брови и отодвинулся подальше. Направил фонарик обратно на скетчбук и с усердным видом продолжил рисовать, стараясь не отвлекаться на глупости. — Мм..
— Ну знаешь, иногда захожу сюда, прикольно же, — никак не унимался незнакомец. Он сложил руки за голову и прилёг, опершись на ствол дерева. — Мистика, всё дела, — усмехнулся.
— Я не верю в мистику, — сухо ответил Тушенцов, продолжая усердно что то вырисовывать.
— Тебе когда-нибудь говорили, что ты угрюмый, как это место?
— Мне просто не нравится, когда мешают. Не думал, почему я именно тут рисую?
— Да ладно тебе, давай помогу тогда. Ну не знаю, фонарик подержу, например, — он выхватил фонарик из рук брюнетa, под его недовольный вскрик, и услужливо посветил прямо в скетчбук, наблюдая за реакцией новообретённого знакомого.
— Мм... Ладно, спасибо? Наверное, — хмыкнул кареглазый, не отрывая взгляда от бумаги.
— Даня, — незнакомец с энтузиазмом протянул свободную руку для рукопожатия, представившись.
Тушенцов захлопал глазами и спустя пару секунд молчания, уставившись на собеседника пустым взглядом, протянул руку в ответ, лениво ее пожав: — Ээ... Руслан. Часто с людьми на кладбищах знакомишься?...
— А ты? — усмехнулся Кашин. — Знаешь, смешной ты, Руслан, — произнёс он с акцентом на чужое имя, будто пробуя его на вкус, — когда не ведёшь себя так злобно.
— Заткнись и не дергай рукой. Раз уж решил меня доставать, делай это не так резко и жизнерадостно, — причитал кареглазый себе под нос.
— Бу-бу-бу, — тут же передразнил его Кашин, попутно закатив глаза. — Русь, не злись, ты чего, я тут как бы помочь пытаюсь.
— Ладно, хорошо. Уговорил. Делай что хочешь, только не называй меня так больше, молю.
Даня посмеялся, но возражать не стал, его, кажется, всё устраивало. — Вас понял, босс, хах.
— Ой, иди нахуй.
Тушенцов не особо любил хоть какую-либо компанию, а особенно таких людей, как Даня - жизнерадостных и веселых без повода. Не зря ведь говорят: «смех без причины - признак дурачины».
Несмотря на свою неприязнь прогонять его, почему-то, он тоже не особо торопился.
Сам для себя Руслан оправдывал это тем, что одновременно держать фонарик и рисовать — действительно нелегко.
Личная выгода — единственная причина заводить новые знакомства и общаться с людьми !