1 - 1

Слыша с кухни тяжёлые, нарочно громкие шаги, быстро перекатываешься с кровати, чтобы убежать, но не успеваешь. Притянутая обратно за щиколотку, бьешься подбородком о матрас, сквозь ругательство, поворачиваешь голову с невинной улыбкой.

— Галлахер! Милый! Что-то стряслось?

Из руки выскальзывает и падает на пол телефон, с только что отправленной ему фотографией. До пояса задирается длинная ночная рубашка.

— Что это должно значить? — Тычет в лицо так близко, что едва можешь разглядеть на экране себя.

С кухни уже начинает попахивать гарью от брошенной на сковороде глазуньи.

— У тебя там кажется...

— Я не буду спрашивать дважды.

От хриплого тона у самой сохнет в горле. Глаза бегают по комнате, пытаясь зацепиться за что-то, кроме его тяжёлой фигуры, нависшей сверху.

Сухие пальцы обхватывают твой подбородок, как последнее предупреждение.

Прекрасно знаешь, что делала, сперва разбудив поцелуями, опускаясь губами все ниже, а после выскальзывая из его рук, провожая на работу. Слышала хриплый стон из душевой, после притворяясь спящей. Долго выбирала, под каким углом видно больше, оттягивая свое белье максимально низко для фотографии, пока искал на работу свежие носки.

Расчётливо дождалась завтрака, десяти минут до выхода, чтобы гарантированно снова опоздал.

— Фотография?.. — Словно не веришь самой себе, руки поднимаешь в знак капитуляции.

— Да. Фотография.

Играешь с огнем, но так чертовски сложно остановиться. Все отчётливее чувствуешь его колено, вставшее между твоих ног. Невинно хлопаешь ресницами, замечая, как от тяжёлого глотка дёргается его кадык, а галстук в моменте становится слишком тугим.

Знаешь, что лучше молчать, но поджимая губы, давишь довольную улыбку.

— Понравилась?

— Тебя точно уволят.

Отвернувшись спиной к Галлахеру, недовольно мнешь уголок одеяла.

Не знаешь, должна ли обижаться, если тело до сих пор дрожит от удовольствия, но каждый шлепок в наказание все ещё жжет ягодицы.

Выплевываешь пустую угрозу, словно это хоть как-то компенсирует задетую гордость. Обиду, за столь быструю смену ролей.

— Тебе-то что? Ты же только этого и добиваешься.

Его голос всегда ровный. Дым от сигареты выходит вместе с облегченным выдохом куда-то в потолок, но ты всё равно морщишь нос от едкого запаха табака.

— Хватит курить в постели.

Тихо посмеиваясь, тушит окурок, ныряя обратно под одеяло. Через твое недовольное бурчание все равно тянет к себе, спиной прижимает к широкой груди.

— Если бы не знал тебя лучше, из-за этого неугомонного языка начал сомневаться, оставил ли достаточно довольной. — Носом пробирается сквозь волосы, жадно вдыхает запах все ещё влажной от пота кожи.

— Ты мне весь затылок расцарапал. Побриться не думал?

Снова бурчишь, но руки накрываешь своими. Никак не смиришься, что забрал себе славу над с такой тщательностью продуманным планом.

— Не бубни. — Снова щипает за ягодицу.

Мельком взглянув на часы, только обречённо вздыхает, закрывая глаза.

"— И кто в конце концов победил?"