06. — мастурбация

tw: nsfw, мастурбация

Ханжи

Простыни на постели Ханжи пахнут свежестью, и ты недовольно фыркаешь. Вероятно, Моблит постарался… Хотя судя по тому, как торчат углы из-под матраса, это кто-то без кадетской выправки. Капитан Леви?

Ты раздраженно стонешь, растягиваясь на кровати. Её долгое отсутствие будит в тебе нерациональную ревность. Чёрт бы побрал всех этих титанов, потому что если бы все они в один день передохли, Ханжи была бы твоей безраздельно. Ты проводишь ладонью вдоль своего тела. Безнадежно. После экспедиции Ханжи сутками зависает в лаборатории, пока её оттуда не выносит капитан Леви на плече и не относит в большой таз с водой. В этот раз он тоже её отнёс, но через два часа вместо того, чтобы быть в твоих объятиях, она снова оказалась за столом в подвале.

Ты соскучилась. Сама собой рука тянется к брюкам. От Ханжи приятно пахнет мылом после таза, её влажные волосы прохладные, а пальцы тёплые. Ты утыкаешься в подушку, не улавливая её запаха, сжимаешь зубы и пробираешься под ткань своего белья. Её же всё равно нет рядом. Чего плохого, если ты просто снимешь напряжение, которое обычно вы снимали вместе? Она хотя бы потрудилась бы тебя раздеть. Не отрываясь от облизывания и покусывания твоей кожи, конечно, будто сама заполучила голод её любимых титанов. Ты представляешь себе, как она ложится между твоих ног, и собираешь выступившую под тканью белья влагу. Её язык мог бы быть там, где сейчас твои пальцы. Стонешь и надавливаешь на клитор. Слишком быстро и сильно. Ханжи бы себе такого не позволила. Она ведь никогда не торопится: изучает, пробует, рассматривает… Доводя тебя этим до исступления. Ты же, напротив, пытаешься поскорее получить желанную разрядку.

«Ханжи…» Её имя вырывается неосознанно и так сладко проходится по языку. Ты надавливаешь пальцем на вход, проскальзываешь глубже… Но не достаёшь достаточно глубоко. Конечно, у Ханжи получилось бы это лучше. Ты хнычешь, пытаясь добиться от себя такого же эффекта, но досадливо рычишь, выгибаясь, понимая, что всё бесполезно.

«Хах», глубокий смешок вырывает тебя из тщетных попыток подражать своей любовнице. «Я думала, ты ранена… Так стонешь.»

Ханжи стоит, оперевшись на косяк двери, скрестив руки. Ты даже не заметила, как она вошла. И теперь смущенный румянец покрывает твои щёки. Как давно она наблюдает? Но у Ханжи ухмылка кошки, поймавшей мышь.

«Может быть, продолжишь?»

«Ханжи!» Шипишь ты, закрывая лицо ладонью.

«О-о. Моя хорошая девочка не справляется одна?» Она делает шаг к кровати, и ты чувствуешь, как возбуждение сильнее скручивает что-то в нижней части живота. «Тебе нужна помощь?»

Она опускается на край кровати и перехватывает твою руку, когда ты собираешься её убрать. Её ладонь ложится поверх твоей, проталкивает её под расстегнутую ширинку и надавливает в правильном месте. Плавно и легко. Вверх и немного вниз. Ты выдыхаешь с тихим стоном. Что бы она ни делала — плевать, насколько это стыдно, пошло и извращенно… лишь бы продолжала.

«Я покажу, как надо», смеётся она и медленно целует тебя в губы.

Райнер

Он знает, что не стоило этого делать. Думать — желательно вообще. И о тебе — в частности. Но он так устал… Допросы с вопросами повторяющимися по кругу заставляют его чувствовать себя кем-то чужим в месте, где он вырос. А может быть этого никогда и не было? Потому что где-то там за морем, окруженная тремя Стенами — его настоящая Родина.

Он мотает головой, чтобы отбросить глупые мысли. Потолок над головой покрыт трещинами и отбитой побелкой. Вот бы никогда больше не вставать с кровати. Но причудливым образом даже в линиях трещин он почему-то видит твой профиль. Закрывает глаза и вздыхает.

Этого тоже не стоило делать, но Райнер слишком поздно понимает, что поглаживает свой член через бельё. Слишком поздно чувствует, что его руки слишком холодные, в то время как твои — всегда были такими тёплыми. Надо бы остановиться. Просто пойти в душ и ополоснуться ледяной водой. Но будто не его рука проводит по всей длине и обхватывает его прямо через ткань. «Не его» рука сжимает и трёт, «не его» ладонь накрывает головку… И вероятно, не он сам отчаянно подается бёдрами вперёд, чтобы ткнуться в «не свой» кулак. Ты ведь никогда не была дьяволицей с острова Парадиз, о которых все в Марли так громко говорили. Или была? Если бы только он мог снова почувствовать твою руку в своей и твое дыхание у своего виска. «Не его» рука ускоряется, как и несдержанные толчки бёдер навстречу. Между вами же даже ничего не было… Почему он тогда?..

Только тот поцелуй на прощание с языком… Он же вообще впервые так целовался.

Ткань впитывает стыдное, липкое пятно. Райнер теперь даже в глаза тебе взглянуть не сможет, если вы встретитесь. Титаны, что за чушь? Он бы и так тебе в глаза не посмотрел после того, что сделал. Даже не этого.

Он хватает подушку, бросает на своё лицо и прижимает, как если бы хотел себя задушить. Хотя почему “если”? Но внезапно давление представляется ему тяжестью твоих бёдер. Он рвано вдыхает и очень ярко представляет себе твою влагу на своих губах, твой вес на своих руках и свои пальцы в тебе.

Да, думать — это большая ошибка.

Но может быть, он как-нибудь найдёт, как всё тебе объяснить? В конце концов, он очень хороший солдат…

[текст написан в рамках челленджа #кинктябрь25]