0.1
ЭйwiRMАренда была смешная, а владелец казался неприхотливым. Так что первую же ночь в
«Коморэби» Лиам провел на холодном полу, окруженный пустыми стеллажами. К утру должны были доставить барную стойку и с десяток коробок с книгами.
Спустя месяцы, шкафы выстроились в стены лабиринта. А старые книжки, собранные с барахолок, расставились башенками.
Колокольчик над дверью звенел крайне неуклюже — у него была странная задержка, из-за которой каждый, кто входил в магазин, думал, что остался незаметен, но потом, стоило сделать пару шагов, звон предательски разносился по всему книжному.
Уже близилось время закрытия, но Лиам упорно продолжал сортировать книги.
«Непригодный для продолжения службы из-за психологической нестабильности».
Дойди это до вышестоящих, Лиам никогда бы не смог уйти так тихо, поэтому заявление о добровольном увольнении и отказе от любых пособий казалось самым надежным вариантом. Так у него хотя бы оставался шанс на возвращение.
Все свое детство и юношество он провел в кадетском общежитии, и его домом была металлическая кровать с тонким матрасом. После, в морской академии, Лиам поменял свое мнение — домом стали люди вокруг. Кадеты спали в одной комнате, ели одну еду, учились одному и тому же, одинаково стирая свои пальцы в кровь об веревки. И хотя Лиам не обладал такими же громкими амбициями как остальные, — верная служба своей стране, всеобщее уважение, возможность прожить свои последние года в беззаботности — он все равно чувствовал себя своим.
А после его мысли заполонил океан.
За пять лет на корабле, мир перевернулся вверх дном. Вдруг вчерашние кадеты стали делить и соленый воздух, и небо над ними. Приливы и отливы в 0300. Ночные смены на мостике, очередь в которых решалась обычным «бумага, ножницы, камень».
Морская пехота научила ему всему: как собирать винтовку с завязанными глазами, как разбирать двигатель, как организовывать хаос в системах и диаграммах. Всему, кроме ответа на вопрос, откуда он.
Временами Лиам все же пытался писать семье, но у него никогда не находилось правильных слов, поэтому он перечислял координаты. Широта. Долгота. Восходы и заходы солнца.
Дом всегда был где-то ещё — всегда в движении, далеко сзади, или впереди за горизонтом, но никогда под его ногами.
Когда ему вежливо намекнули об увольнении, несмотря на самый расцвет его карьеры, Лиам не стал упираться. Он знал, что если не уйдет сейчас, то совсем скоро совершит ужаснейшую ошибку.
Тем же вечером, стоя у пирса с дорожной сумкой, Лиам и представить не мог, каким маленьким он оказался без привычной формы.
— Я думал ты нанял бариста, а не грузчика!
Лиам перехватил тяжелые коробки, которые Ноа небрежно подал ему. После Ноа прислонился к шкафу, борясь с одышкой.
Лиам улыбнулся, явно развеселенный.
— Брось. На самом деле это важнейший шаг к тому, чтобы научиться варить хороший кофе.
Ноа закатил глаза.
— Ну конечно. Зачем ты вообще заказываешь столько книг? Старые все еще не раскуплены.
Удивительно, насколько сильно порой чувствовалась их с Ноа не такая уж и большая разница в возрасте. Его единственный сотрудник был совсем другого сорта.
Избалованный? Очевидно. Привилегированный? Абсолютно!
Но даже имея столько преимуществ, он все равно оказался там же, где и Лиам.
На следующее утро Ноа умудрился прийти почти вовремя — в девять ноль один, хотя до этого он неизменно опаздывал ровно на три минуты. Завернутый в шарф, с красным носом и взлохмаченными волосами, Ноа поставил на стойку два горячих стаканчика с кофе. Два карамельных латте, по запаху предположил Лиам. С густой пенкой и ломтиком корицы.
— Если в следующий раз я приду еще раньше, ты все равно будешь здесь?
Лиам поднял голову со стойки.
— Я живу тут.
— Я знаю. На крошечном диване в кладовой. Я к тому, что ты мог бы поспать и подольше, у меня ведь есть ключи.
Лиам улыбнулся.
— Сегодня как-то не получилось.
Ноа понимающе кивнул.
Но бессонница Ноа возникала из-за вечных мыслей по типу: «Я явно делаю что-то не так со своей жизнью»; «Наверное, я неудачник»; «Думаю, родители разочарованы во мне». Когда как у Лиама все было с точностью наоборот. Каждую ночь он оставался в полной тишине, напоминавшей, что его более никто нигде не ждал.
Лиам покосился в сторону. Ноа заставлял витрину выпечкой, так усердно, будто от этого зависела вся его жизнь — поправляя сэндвичи и булочки миллиметр за миллиметром. После он принялся за старенькую кофемолку, которую Лиам также нашел где-то в недрах барахолок. Иногда она начинала работать только к середине дня, так что каждое утро Ноа носил кофе из других кофеен.
И как бы вежливо Лиам не указывал, насколько это неуместно, — приносить прибыль их потенциальным конкурентам — Ноа до сих пор не мог послушаться его.
— Не значит ли это, что ты бездомный?
Лиам моргнул, отвлекшись от расчетов вчерашнего чека.
—…Нет?
— Ну, — Ноа дернул плечами, будто это итак очевидно. — Это книжный магазин, а не квартира. У тебя даже кровати нет.
Он продолжил:
— Ты либо бездомный, либо богемный, если первое тебя задевает. Но когда ты — не знаю, например, — заполняешь какие-то документы, что ты пишешь в графе о месте жительства?
— Свой адрес.
— Адрес магазина. Подожди, а что написано в твоем паспорте?
Только Лиам хотел открыть рот, как вдали зазвенел колокольчик, и они оба опешили, сразу принявшись за работу — обычно, и без того редкие клиенты заходили только к вечеру. А сегодня еще и воскресенье, значит, никаких офисных дядек в костюмах с утра пораньше, а значит — это, скорее всего, кто-то и вправду заинтересованный в книгах.
К вечеру, запирая входную дверь, Лиам снова задумался о словах Ноа. На самом деле, кладовка — была временным решением. Лиам просто заупрямился платить аренду еще и за квартиру, в которой он все равно будет редко появляться. Весь год он говорил себе, что как только все пойдет своим ходом, он поищет студию в этом районе. И, жизнь в книжном и вправду устаканилась, но Лиам все не собирался с силами покинуть это место хотя бы на одну ночь. Он так давно не спал на нормальной кровати, что его спина неустанно ныла, и ночами, отправляясь выпить воды, он постоянно спотыкался об книги, либо засиживался за работой до самого утра.
— Ты правда побывал во всех этих местах?
Ноа стоял у пробковой доски рядом с секцией поэзии. Он указал на открытки с разных стран: Ирландия, Япония, Чили, Мальта.
Лиам утвердительно буркнул, возвращаясь обратно к барной стойке. Та, к удивлению, уже была натерта дочиста.
— И ты выбрал остаться.. в каком-то случайном затхлом городке?
Честно, лишь отдаленно зная о семье Ноа, чего определенно было достаточно, чтобы оценить их уровень, Лиаму захотелось задать такой же вопрос. Но вместо этого он просто пожал плечами.
— Ты не скучаешь по морю?
Лиам задумался.
— Это портовый город, так что я недалеко ушел. И наверное, я больше скучаю по людям, а не по самому кораблю. Мне повезло с моим взводом.
Ноа снова понимающе кивнул, и Лиам снова засомневался в этом.
— Моя мама все время говорит, что я «найду себя», если вернусь в университет. Она считает, что я, разливая кофе, растрачиваю свой потенциал.
— Ты не разливаешь кофе, — со всей серьезностью сказал Лиам. — Часто, ты его просто проливаешь.
Проходя мимо, Ноа задел его плечом.
— Вот спасибо. Поддержал.
Он начал расставлять стулья, и Лиам устроился удобнее, чтобы понаблюдать за ним. Обычно Ноа только и занимался тем, что отлынивал от лишней работы. Даже спустя долгие месяцы стажировки он все еще имел проблемы… почти со всем, чем можно. Ноа постоянно умудрялся то сжечь молоко, то перепутать пропорции, то забыть о всякой субординации в общении с посетителями. Можно было бы сказать, что он бесполезен. От Ноа не было толку и с прочими делами тоже — вспомнить только, как он испарялся не пойми куда всякий раз, когда к магазину подъезжал грузовик с новой поставкой, или когда Лиам брался за инструменты чтобы починить очередную полку.
Лиам и сам не знал, почему все еще продолжал кормить парня своей и без того крошечной прибылью.
— Мне протереть полки? Клянусь, пыль на секции с поэзией скоро оживет.
Лиам вскинул брови.
— У тебя все в порядке? Не думаю что смогу вскоре поднять тебе зарплату, так что..-
— Эй, ты разве не сказал что живешь тут? Не значит ли это что я в гостях? Я просто проявляю вежливость.
Он, конечно же, просто валял дурака, и завтра точно продолжит свою шутку и добавит, что не обязан работать, раз он находится в «гостях». Но Лиам засмеялся. Наверное, он отложит поиск студии еще на некоторое время.