/-/-/

Бук успел тысячу раз проклясть самого себя и пожалеть о своём глупом споре с Форсом, из-за которого ему пришлось купить полугодовой абонемент в тренажёрный зал, хотя прошло занятий пять от силы. И дело вовсе не в нагрузках, которые с непривычки казались ему нечеловеческими — в старшей школе он занимался волейболом, пусть школьные годы и остались далеко позади, но мышечная память же осталась!

Нет, дело было определённо точно в...

— Ты снова неправильно держишь гриф, — раздаётся за спиной громкий голос, и Бук молится всем богам мира, чтобы выдержка его не подвела и он не уронил штангу себе на ногу. — Возьмись закрытым хватом. Пальцами от себя, большой палец зажми. Да, вот так, только чуть ближе к уровню плеч, чтобы лопатки оказались сведёнными. На спину будет меньше нагрузки.

Бук закрывает глаза, когда Форс подходит к нему со спины и кладёт свои горячие ладони поверх его, мягко показывая, как правильно взять гриф штанги. Он чувствует исходящий от друга жар, колени предательски дрожат, и Бук надеется, что Форс спишет эту дрожь на непривычную тяжесть штанги.

— Здесь всего шестьдесят килограмм, Касидет, не надо так трястись.

Голос Форса звучит прямо над ухом, Бук делает глубокий и медленный вдох в попытке успокоиться. Кто вообще ему сказал, что это отличная идея — попросить лучшего друга побыть его личным инструктором?! Он вполне мог обратиться к нонгʼОму или нонгʼДжуну или, на самый крайний случай, попросить помощи у пиʼОффа... Но нет же! Разумеется, выбор пал на Форса, который за двадцать с лишним лет вместе уже видел его насквозь!

Такая непосредственная близость не могла остаться без дальнейших последствий, и Бук мысленно взывает к небесам, чтобы Форс скорее отошёл от него, но какая-то позорная часть сознания желает продлить этот миг как можно дольше.

— Ноги на ширине плеч, спину держи ровно, опускайся медленно, — продолжает раздавать указания Форс и придвигается ещё ближе, отчего щеки помимо воли опаливает жаром. Теперь Форс почти прижимается к его спине, Бук при каждом вдохе ощущает его твёрдые и крепкие грудные мышцы.

«Только бы не встал», — мелькает позорная паническая мысль в голове, от чего лицо тут же вспыхивает в смущении. В горле предательски пересыхает, Бук сильнее сжимает хромированный гриф штанги, чувствуя, что ладони потеют даже несмотря на пудру, и медленно сгибает ноги, приседая. Форс отходит от него подальше, но Бук чувствует его внимательный взгляд на себе.

— Ноги шире, — отрывисто и строго произносит Форс, когда Бук выпрямляется с тяжёлым вздохом. Странно, но ноги даже не ноют, зато неприятно гудит шея, отдавая слабой болью в плечи. Закусив губу, он собирается сесть ещё раз, но Форс вдруг кладёт ему ладонь на плечо. — Это никуда не годится.

А затем Бук едва не вскрикивает в голос, когда Форс вклинивает колено ему между ног и осторожно, но настойчиво проводит по бедру вверх, заставляя расставить ноги ещё шире.

— На уровне плеч, — напоминает Форс, и Бук едва сдерживается, чтобы не повернуться к нему, хотя желание посмотреть ему в глаза слишком соблазнительное. — Ты же не хочешь, чтобы у тебя позвоночник в трусы высыпался? Не заваливайся вперёд, следи за равновесием. Прогнись в пояснице, ещё сильнее, ещё... Кого ты тут стесняешься, Каси? Меня, что ли? Чего я там не видел? Колени не должны выходить за носки, иначе можешь травмировать коленные связки.

— Я стараюсь, — впервые за последние минут двадцать подает голос Бук, и Форс усмехается, отходя на пару шагов. Бук делает ещё пару-тройку приседаний, после чего слышит обречённый вздох.

— Так, хватит. Поставь на место и смотри, как надо.

Бук со второй попытки ставит штангу на стойку, на трясущихся ногах отходит в сторону и тут же жадно хватается за бутылку с водой. Правда, уже через несколько секунд ему приходится пожалеть об этом: вода льётся через нос, и он усилием воли заставляет себя не закашляться, когда к штанге подходит Форс.

— Смотри внимательно, — он оглядывается через плечо, стряхивает с ладоней излишки пудры и берётся за гриф — ладони уверенно смыкаются на блестящем поручне, мышцы спины, прикрытые только лишь майкой, рельефно напрягаются, а Бук украдкой сглатывает накопившуюся слюну, не в силах отвести взгляд от его тела. — Не нужно начинать упражнения сразу, подожди какое-то время, привыкни к тяжести и только потом начинай. Следи за моими ногами и запоминай, я тебя заставлю всё повторить.

Бук медленно кивает, хотя все услышанное никак не желает задерживаться в его голове. Он действительно смотрит со всем вниманием, однако мысли его занимает вовсе не правильное положение ног при подъёме тяжести.

Боже, на что он вообще подписался?