***

***

M.

Проходила две недели в оглухе. Отупевшая ехала с утра в метро, отупевшая ехала домой, особенно сильно чувствовалось на переходе с ветки на ветку в очереди на эскалатор. Смотрела мимо людей, с которыми разговаривала, вся информация просеивалась как сквозь решето. Илья в моей команде несколько раз пытался что-то рассказывать по работе, почему-то слишком подробно, рассеянно стояла над ним с недоумевающим видом и медленно кивала. Включилась только раз, когда сотрудница рассказывала, что любит фильмы фон Триера, а я с дурацкой дрожью в теле после кофе ужасно себя вела и кривлялась. Наблюдающий за этим Артем натужно засмеялся.

Это было около месяца назад. Сейчас я удивительно хорошо прижилась среди всех. Незаметно вся перекособочилась, под внутренним давлением и стрессом вылезла ответственность, мелкие разговоры легко проходят мимо сознания, хожу отвечать чушью на мелочь. Практически отпала необходимость критики в самом плохом значении слова, ум с комфортом отдыхает.

Если какое-то время назад я расщепила поведение для дома, для романтики и все остальное, то теперь поперек извилин пробороздила еще одну, рабочую, секцию. Собственными силами как обычно бродит внутричерепная личность, для которой просто еще не нашлось ситуации.

Каждая конструкция появляется как реакция на то, что от меня начинает требоваться нечто с излишком. Когда отпадает потребность в какой-либо из них, на какое-то время кажется, будто я совсем не устала, правда, еще не было такого, чтобы необходимость в какой-то отпала совсем.