***

Я стою в конце аллеи, лист сухой в ветвях алеет. Кто ты, где ты? Кто я, где я? —

Я стою в тени.

Я стою, ломаю руки. Ты проходишь в маске скуки. Мне б к тебе войти без стука

И сказать — верни

Мне покой, и сон, и память о прошедшим между нами; и, дрожащими руками

Взяв твою ладонь,

Попросить простить и вспомнить, что стереть пыталась полночь.. Так нельзя конечно, полно!

Тварь, глупец, не тронь!

Ты не сделаешь ей больно, уходи! Пусть злится полночь — не затем у нас есть воля,

Чувства не затем,

Чтоб входить без разрешенья, чтобы, как умалишенный, преступать черту со звоном,

Сжавшись в темноте,

В памяти перебирая то, что кажется нам раем — в бисер болью мы играем, —

Но нельзя, не смей

Прошлым попрекать вчерашних, и песком погибших башен, и рыдать, черно и страшно —

Вправду и в уме!..

В молоке туманов дивных, между ясеней старинных, в сумерках, густых и длинных

Я замедлю шаг.

Ты уже ушла, скучая, шорохов не замечая, есть галеты с тёплым чаем;

Я, едва дыша,

Памятью на части режу разум свой, да болью нежу — уходи отсюда, нежить,

Здесь тебя не ждут!

Ей – идти к теплу и свету, старые забыть обеты. А тебе – отдаться ветру

И пропасть в аду!

Что ей до твоих скитаний. Тайной будь, останься в тайне. Уходи, чужой и странный,

Будь средь мертвецов.

У тебя всё в смерти тело: уходи, как не хотелось!.. Только помню: да, блестело

На руке кольцо.

Может, это по привычке. Может, так велит обычай. И завыть бы вслед ей зычно:

То ль не я дарил?

Я ль тебе, как прежде, милый? Помнишь, как мы вместе были? Свив ладони, говорили

С ночи до зари?

Я бы был, конечно, в силах, если б только ты спросила, где меня потом носило,

Что со мной стряслось,

Как пошли на струны жилы, шрамы как едва зажили, и как криво мне их сшили

Клубом чёрных лоз,

Как кричал, не слыша крика, будто зверь, глупОй и дикий, кровь темнее ежевики

Падала из губ...

...как тебя забыл — но помнил. Но бывало и легко мне, я держался, будто корни

Ив на берегу

За ошметки, за остатки, и за голос горько-сладкий...

Я играю с ночью в прятки,

С памятью своей.

Ты теперь совсем не рядом. Но, возможно, так и надо? Взрежу рану — прочь из сада, —

Чтоб остаться с ней.