。 。 。

прошло немало времени с тех пор, как Диму посадили. после этого события всё стало подозрительно спокойным, настолько обманчивым, что на мгновение он даже поверил, что это так. чувство наслаждения длилось недолго, коль главный преступник всего сервера был за решетом, можно было вздохнуть полной грудью. свежий, пусть и прохладный воздух щекотал нос, но помогал мыслить трезвее. многие дела так и не были решены: Вмутя по прежнему была на свободе.. а Трюфель непонятно чем промышлял. все еще есть куда стремится – столько ритуалов, а он просиживается на базе у Юрки в ее отсутствие? Дима. его имя было противно произносить вслух, но манило тем, как же много оно значило в его странной жизни.

солнце медленно клонило к горизонту, окрашивая небо в ярко-оранжевые цвета. база юрки открывала хороший ракурс, чтобы смотреть на закат. ветер трепал подол платья, которое приходилось постоянно придерживать. скоро приближалась ночь, а значит, Макияжник вновь выйдет на свою прогулку вместе с Оптимистом. Это было полезно, потому что означало, что Мейерхольд может придти туда когда захочет.. и делать все что угодно. кто ему помешает? сторожевая собачка Димы? или же сам Макияжник будет останаливать его из за всех сил? жалостное зрелище, от которого становилось тошно. мелькали фигуры вдалеке – привычная беготня по всему серверу из раза в раз. А Оптимист послушно исполнял все, что хотел его заключенный. недолго думая, Мейерхольд потушил факел, посталенный несколько часов назад. лишних улик его пребывания здесь ему не надо было. Юрке, кажется, и так хватало забот

тучи над головой сгущались – если успеет, то по прибытию не попадёт под дождь. внизу веяло морским бирзом и запахом мёда, исходящим от пасек. быстрые и уверенные шаги натоптывали странный ритм, помогая развевать тоску. фонари над головой тускло светили под сумерками. где-то впереди виднелось очертание большого-большого здания, сделанное Трюфелем. оно казалось невообразимо огромным для такой маленькой камеры, отведенной главному заключенному. так грандиозно.. а для чего? как будто Дима заслуживал этого. это место, отведенное под его потребности, где он может делать абсолютно всё. глупцы. разве они не видят?

серые бетонные стены встретили привычной сыростью и пылью. никто здание достраивать так и не собирался, что выглядело тоскливо. лестничный пролёт был резок и неровен, заставляя быть осторожнее. хоть бы постарались над этим, ей-богу.. тихо выругавшись себе под нос, и чуть не споткнувшись, Мейерхольд спустился в холодное помещение, сделанное целиком из «прочного» обсидиана. как будто это могло помешать ему выбраться отсюда.. слишком наивно. везде были поставлены украшения, небольшие грядки и.. разваленный кабинет. Мейеру определенно стоило постараться получше и снести это все к чертям собачьим, а не жалеть Диму, и оставлять всё как есть. на стенке висел гобелен, на котором была изображена картина. пусть он и был тираном, преступником..но имел неплохой вкус в творчестве. в центре была поломанная полка с книгами – вся развалилась, но а книги беспорядочно лежали на полу. было видно, как, видимо, Дима или Оптимист старались исправить это недоразумение.. но ничего не вышло. сам стол и стул был цел – к сожалению, был восстановлен и все так же величественно встречал прихожих. но а в самом углу..

«мяуу..»

застеленная кровать – красивого красного цвета, на которой, лениво вылизывая свою шерсть, сидел рыжий кот, помурликивая себе под нос. к горлу подступила тошнота – взгляд на котов все еще вызывал те самые ощущения, испытываемые в теле кота.. мерзость, от которой кровь стыла в жилах. рука дрогнула, сжимаясь в кулак. слишком противоречивые чувства вызывал этот кот, чье имя выдавалось как «Губернатор». Дима врал. врал, врал, врал и врал каждый раз. настолько предпредсказуемым он был – и настолько сильно хотелось понимать Диму больше. чувства, цель, его суть. хотелось не верить, что это именно он. этот кот. и так же сильно этого хотелось. глупое существо, что не понимало это мир, даже не знало, что именно вызывает в Мейерхольде такие чувства. это безобидное, маленькое существо не знает, через что ему удалось пройти, чтобы узнать, что все это время Губернатор был мёртв. оно не может этого знать. потому что оно НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ГУБЕРНАТОРОМ.

руки дрожали, разжимая пальцы. маленькое создание заметило Мейерхольда, любопытно поглядывая на него своими глупыми глазами. оно мурлыкало, тёрлось об ткань спального места, ожидая ласки и любви. всё это было до жути несправедливым. почему он вообще заслуживает иметь подобное создание у себя? грёбанный живодёр. медленно подойдя ближе, Мейер наклонился. кот сразу же среагировал – потянулся мордочкой, едва коснувшись своим мокрым носом Мейерхольда. почему то это даже нравилось, этот кот явно заслуживает большего счастья, чем в итоге досталось Губернатору. но Дима правда так глупо надеялся, что это существо сможет стать заменой их коту? смехотворно. Губернатор мёртв, а это просто жалкий кот, попавший в лапы преступника. Мейер аккуратно присел на самый краешек кровати. маленькое создание потянулось следом, потеревшись об ладонь парня. среагировав, он начал гладить кота. мягкая, даже чуть потрепанная шерсть пахла пылью и сыростью, как в каких нибудь пещерах. в голове все еще крутилось очень много мыслей – как можно быть настолько.. похожим на него? почему вообще происходит весь этот обман? почему это бедное животное должно так страдать? он мурчал, ласкаясь об руку, утыкаясь в нее носом и отзываясь на касания. Мейер не мог отказывать, позволяя просить коту столько ласки, сколько ему вздумается.

Губернатор это или нет.. какая уже разница?

обратный путь сопровождался морозным дождём. ​