--

После своего же собственного поста в тви Минхо заблокировал телефон и повернул голову в сторону сидящего рядом Джисона. Тот, нахмурившись, внимательно следил за фильмом – кажется, главная героиня не сильно нравилась ему своим умом на протяжении всего фильма, но тем не менее её тёрки с каким-то мужиком заинтересовали Хана.

– Вот че она тупая такая, ну мужик же гондопляс полнейший, – Хан закатил глаза и откинулся на диван, складывая руки на груди.

Минхо ничего не ответил, лишь кивнув на автомате, и продолжил с задумчивым видом смотреть на младшего, размышляя: а стоит ли? Та самая ночь, когда он вывел пьяного мальчика из клуба, когда поцеловал его, лишь бы заткнуть, до сих пор не выходила у Ли из головы. И пусть Хан на поцелуй не ответил, само ощущение мягких губ Джисона на его собственных было чертовски приятным, что Минхо не собирался отрицать. Собственные мысли и желания пугают: почему его так тянет к Джисону, которого он ещё в первый день их знакомства невзлюбил? Почему мысль о том, чтобы поцеловать его – теперь уже по-настоящему, – вовсе не претила, наоборот, вызывала приятный трепет? В голове Минхо творится что-то непонятное, слегка пугающее. Тем не менее, Минхо плевать на собственные мысли, потому что, вероятно впервые, сердце ему хочется слушать больше.

– Ты че так пялишь? Дыру щас просверлишь во мне глазками своими, – задумавшись, Минхо не сразу понимает, что Хан заметил его пристальный взгляд. От чего-то он усмехается, уже заранее представляя, как ему заедут по носу: отступать теперь, когда лицо Джисона красиво освещается тусклым светом, подчёркивая блестящие глаза и губы, Ли не собирается.

– Да так. Красивенький ты, – он смело тянет руку к чужим волосам, поправляя отросшие пряди чёлки, при этом напрочь игнорируя ошалевший взгляд младшего. Вмажет или нет?

– Э-э-э-э... Спасибо? А ты не заболел случаем, дорогой мой босс? – теперь уже Джисон тянет руку к лицу старшего, прикасаясь ко лбу, чтобы узнать температуру.

– Не заболел я, – как минимум, явно не физически, проносится в голове Минхо.

– Меня пугают твои действия, ты сам на себя не похож, знаешь? – Хан снова закатывает глаза, отчего-то не стараясь избежать прикосновений к волосам.

– Если уж тебя пугает даже это, не могу представить, как отреагируешь на другое, – загадочно говорит Ли, привлекая внимание, чтобы Хан полностью развернулся к нему. Меж бровями залегла морщинка из-за непонимания, которая, кажется, ещё больше станет через пару мгновений. Ну либо наоборот разгладится из-за шока.

– Ты чё городишь такое? Щас нож мне под рёбра загонишь, да?

– Господи.

Он закатывает раздражённо глаза, прежде чем запустить всю пятёрню в волосы на затылке Джисона и резко притянуть к себе. Колебаться Ли не стал: поцеловал сразу, без каких-либо промедлений, удерживая голову парня на месте. Он заглянул в широко распахнутые глаза, в которых были почти все эмоции, но вот отвращения или чего-то подобного - в помине не было. Посмотрел и ухмыльнулся в губы чужие, сжимая волосы в своей ладони - Хан издал непонятный приглушённый звук, открывая невольно рот, чем Минхо, конечно пользуется. Он быстро и умело проталкивает язык в чужой рот, очевидно ведя и доминируя в этом поцелуе. Он правда удивлён, что Хан всё ещё не оттолкнул его.

А Джисон на самом деле просто не знал, как стоит поступить. Конечно, это очень шикировало только что: зачем и почему Минхо поцеловал ещё, что им движет сейчас, пока он так нагло нарушает границы Хана. Тем не менее отталкивать его почему-то не хотелось, напротив, было лишь желание узнать, к чему это в итоге приведёт. Интерес ли это со стороны Минхо или действительное желание? Джисон рассеянно кладёт руки на крепкие плечи и внезапно смелеет: раз уже и не противно ему, раз уж Минхо и без того украл его первый поцелуй (хотя Хан, очевидно, первым будет считать вот этот), то почему бы тоже не побыть более смелым. Теперь уже добровольно, он сильнее размыкает уста, позволяя Минхо лёгкие манёвры с языком. Но и сам не уступает: одну руку тоже запускает в волосы, притягивает ближе к себе, и отвечает на беспорядочный пока что поцелуй. Они сталкиваются языками и на мгновение встречаются взглядами – в глазах каждого плещут разожённый интерес и непонятное никому желание. К поцелую или к тому, чтобы доказать кому-то что-то?

Минхо кусает Джисона за губу и целует глубже, не позволяя тому вести, хотя он очень упорно пытался. Без опыта всё же сложновато. Целовать Хана странно: тепло, приятно, едва ли даже сладко из-за какой-то гигиенички на мягких губах, но странно. От того ли, что они бывшие недруги друг другу, или от того, что Минхо в принципе давно никого не целовал (про Джисона и заикаться не стоит) – сам Ли не знал.

А Джисон практически задыхается. Не от нехватки кислорода, а от непонятных для себя эмоций от всего происходящего. Громкий доселе фильм теперь кажется совсем беззвучным от того, как в голове гудеть начало. Он запоздало понимает, что даже наслаждается этим поцелуем с человеком, которого ещё пару дней оскорблял обезьяной. Он решает таки уступить ему, позволить вести и целовать так, как тот пожелает. А что ему терять-то собственно? Он возвращает руку обратно, обхватывая теперь старшего за шею, слегка касаясь подбородка. Тянет ближе и сам жмётся к телу чужому, удивляясь собственной реакции. Он знает, что уже после этого весь зальётся румянцем от смущения, потому что... Ну потому что а как он должен реагировать на такое? Он отвечает, следуя сердцу, мозг и сам осознать не может, зачем он это сделал.

Тем не менее Минхо, начавший это, отстраняется первым, прижимаясь своим лбом к чужому. Они оба дышат тяжело, но тихо, чтобы не привлечь внимания: это плохо закончится в ином случае. Джисон смотрит вопросительно, но молчит, невольно поглаживая шею старшего. Зачем? Кто знает.

– Даже не спрашивай ничего, – просит Минхо, прикрывая глаза.

– Нет уж, я спрошу: что это за хуйня, Ли?

– Прям-таки хуйня? Ответил бы, будь это реально хуйнёй, Хан? – он смотрит вызывающе, глаза точно потемнели.

– Это... Ты мне выбора не оставил!

– О, нет, выбор у тебя был с самого начала. Вмазал бы мне просто - и дело с концом. А так... Тебе, кажется, даже понравилось, ты же абсолютно не сопротивлялся, ещё и инициативу проявил, – усмехается Минхо, поправляя младшему волосы. – Не волнуйся, в следующий раз можешь вести ты, я не против.

– Ты... Иди на хуй, – он наконец отталкивает от себя смеющегося Минхо и отворачивается, чувствуя тепло во всём теле. И непонятно абсолютно: от смущения, от желания, наслаждения и трепета, или ещё от чего-то? Но к сведению зачем-то чужие слова принял.

– Подумай над этим.

– На хуй пошёл, я сказал.

– Чего злой такой? Помнишь, что у клуба было? Снова хочешь? Я устрою.

– Да блять, – и смолкает, съезжая по дивану, когда и главная героиня в фильме начинает с кем-то целоваться, из-за чего он невольно вспоминает свой поцелуй со старшим. Почему-то снова захотелось напиться и забыться.

Минхо усмехается, хотя внутри всё далеко не так спокойно. Пусть он смело и начал всё это, в груди всё равно что-то непонятно и тревожно гудело. Они с Джисоном, вроде как, только-только начали налаживать хоть как-то отношения и портить их не хотелось. Хотя Хан не казался раздражённым. Смущенным - да, но не раздражённым. Возможно, всё не так плохо? Возможно, это даже действительно выльется во что-то особенное со временем?

Вот только хотел ли этого кто-либо из парней?

Фильм они досматривали молча, даже Хан перестал вставлять комментарии, занятый осмыслением произошедшего. Спорить с самим собой бесполезно – целовать Минхо ему понравилось, хочет он этого или нет. Однако это по-прежнему очень странно: почему тот сделал это, учитывая, что именно он невзлюбил Хана первым? Какая ему выгода с этого? Поиграть захотелось? Джисон пусть и не был наивным мальчиком, переживал: уж извините его, но за всю жизнь это был его второй поцелуй (ещё и с одним и тем же человеком). Не хотелось бы как-то, чтобы в конце оказалось, что всё было по приколу.

А Минхо и сам вот уже не знал даже, что, почему и как. С одной стороны - одни мысли и желания, с другой - другие. Это путает и сбивает с толка. Он обязательно подумает об этом потом, после всего случившегося. Теперь бежать от мыслей не получится.