***

Ему нравилось знать кабинет Снейпа наизусть — каждая полочка, каждый шкафчик, скрип кожаной обивки на стоматологическом кресле.

Нравилось чувствовать себя особенным, избранным «пациентом», которому позволяли так много.

— Я думал, Гермиону принимать будешь ты.

— Я, если ты не забыл, в отпуске.

— Угу, — кивнул Гарри, по-детски болтая ногами, свисающими с кресла. — Ты, конечно, всегда отпуск в медицинском халате проводишь.

— Не нравится мой халат?

Он сглотнул; волосы Снейпа были затянуты в хвост, губы искривлены в подобии улыбки, а острые плечи белоснежного халата обращены прямо к нему.

— Красивый, — сказал Гарри, тут же ловя мимолётное выражение неудовольствия на бледном лице. — Красивый.

Пока Снейп, которому после этих слов обязательно потребовалось отвернуться, копался в медицинском шкафу, в голове прокручивались события последних дней.

События…

Гарри невольно улыбнулся.

Есть такая волшебная функция у его мобильника: фотографии несут в себе разную информацию. Например, к ним привязывается геопозиция, а иногда они, если выставить при съёмке правильную настройку, «оживают», превращаясь в видеоряд. Кроме того, у каждой фотографии можно обнаружить время, чёткое до секунды, в которую щёлкнул затвор.

Ему, право, очень хотелось бы, чтобы такая функция имелась и у человеческого мозга.

Но ведь тогда было бы не так интересно, не правда ли?

— Северус, — позвал Гарри.

Тот повернулся к нему с…

— Сливочное пиво? — он поперхнулся слюной и, покашляв, выжидающе-ошалело уставился на Снейпа.

Снейп, как обычно, бровью не повёл — только качнул бутылкой.

— М-м?

— Разве тут такое хранить можно?

— Ты мне ещё расскажи, что можно, а чего нельзя. В моём-то кабинете, — приблизившись к креслу, сказал Снейп, и эти слова прозвучали как откровенный вызов.

Мозги у Гарри, точно по щелчку, отключились: он согнулся, вытянул наглые руки — и так вцепился в полы халата, что тот захрустел безупречным хлопком.

Снейп, едва не уронив бутылку, повалился прямо на него.

Довольный как удав, Гарри вслушивался в головокружительный запах чистой кожи на вытянувшейся шее. Тёрся о неё носом.

— Рассказать? Ну, не то чтобы я красноречив, — выдохнул Гарри, сглотнув. — А может вы, доктор, покажете, что ещё можно делать в вашем кабинете?

Снейп показал.