. . .

Первым фильмом, который стал для меня своего рода «ключом», была работа Оливера Стоуна «Прирожденные убийцы». Это может показаться очень странным: на первый взгляд это просто эстетский боевик с превосходной операторской работой и скрытой социальной критикой. Но, как я уже говорил, в восприятии искусства важен угол зрения. И в мои тогдашние пятнадцать лет «Прирожденные убийцы» оказались для меня откровением. Для меня это был фильм об инициации, о радикальном восстании против семейного, социального, культурного обусловливания. Убийства, которые совершали Мик и Мэллори, — это уничтожение штампов, ролей, стереотипов, всего, что загоняет человека в рабство. От убийства родителей Мэллори (символическое уничтожение родителей, уход из семьи) до убийства репортера (символическое уничтожение доминации социума, власти массмедиа) это один из самых сильных рассказов об инициации. В «Прирожденных убийцах» инициация показана практически буквально — в сцене, когда Мик и Мэллори оказываются в мире Шамана и после змеиных укусов попадают в пограничное пространство между жизнью и смертью. Конечно, в свои тогдашние пятнадцать я не мог воспринять эти смыслы интеллектуально, но настоящее искусство тем и прекрасно, что говорит с нашей душой напрямую. Мы можем только потом узнать, ЧТО изменило это произведение в нас. А для меня «Прирожденные убийцы» действительно стали опытом открытия Анимы. Мэллори как идеал Анимы, как женский идеал, как некая кинематографическая версия Лилит в ее самом радикальном, убивающем виде, точнее, даже уже не Лилит, а сама Дурга, стала очень важной деталью моего становления.

Олег Телемский 

"К Новому Эону: беседы о важном. Оккультизм, психология, искусство в новой перспективе "