🔪🔪🔪

"Можно было и не бросать курить".

С этой мыслью Рэймонд захлопывает бардачок своего повидавшие многое Вольво, запирает дверцу и пару раз по привычке дёргает ее для надёжности. Сжимая пачку сигарет в руке, он неловко ковыляет ко входу в дом и почти падает прямо на ступеньки на входе. Сильно саднит глубокий порез на боку и горит лицо, из-за чего Дэвис морщится и получает новую волну боли. Сейчас, ближе к ночи, ощущения от встречи с древним блендером из осколков стекла становятся почти терпимыми, но накатывает другое.

Рэймонду страшно. Запоздалая реакция на пережитый стресс догоняет его, когда солнце уже село. Сначала крупная дрожь разбивает руки, а потом переходит на все тело, и никакая дыхательная практика не может унять ужас осознания, что он мог сегодня умереть. Они все могли сегодня умереть.

С самого начала Рэй чувствовал за собой ответственность за всю команду, хотя наверняка знал, что не должен был. Это жутко непрофессионально с точки зрения агента Дельты Грин – привязываться к кому бы то ни было. Но мысль о том, что трое его напарников могут погибнуть, потому что не знают, на что идут, не дала ему пустить все на самотёк.

Благодаря ему все остались травмированы встречей с "голодным духом". Он их к этому привел. И эта мысль стучит набатом внутри черепной коробки.

"По крайней мере, сделал все, чтобы обойтись без потерь".

Рэймонд не знает, что с Джонсоном. После того, как Дэвида посадили в машину двое в гражданском, Рэй не получал ни звонков, ни любых других вестей. Оставалось только надеяться, что взрыв газа уничтожил все компрометирующие улики и оказанная Джонсоном помощь перевесит чашу весов в его сторону. Его навыки могут оказаться полезными Программе, если получится удостовериться в его лояльности.

Лоррейн так и не приходила в себя. Всю дорогу до дома в ступоре, без какой либо реакции на внешние раздражители. Рэймонд без понятия, справятся ли ее печень и почки с концентрированным Ляо, а потом справится ли ее психика с тем, что она видела. Конечно, за время работы в ФБР мисс Хармон явно повидала дерьма, но вряд ли это были древние боги, шаманистский опыт и бэд-трип.

Когда мысли доходят до Селии, Рэймонда начинает тошнить. То, как она падает на колени перед "существом-из-углов" и начинает молиться, мгновенно ломаясь под давлением паранормального, просто невыносимо вспоминать. Она же едва закончила полицейскую академию, неужели чтобы пополнить список без вести пропавших (что значило быть растерзанной стеклянной гончей), просто доверившись агенту ФБР и аналитику из Управления по борьбе с наркотиками?

Рэймонд ненавидит себя за сегодняшнее геройство, потому что теперь его терзает страх смерти. В противном случае терзала бы совесть. Пытаясь унять истерику, Дэвис обхватывает себя руками, зажимает голову между коленей и зажмуривается. "Хорошо, что никто не видит", – мелькает в голове, потому что за свою реакцию иррационально стыдно.

Когда кровь начинает стучать в ушах, он медленно распрямляется, стараясь не тревожить особо глубокую рану на боку и понимает, что так и не закурил, а сигареты в пачке превратились в крошево из табака и смятой бумаги. Надо что-то сделать, заземлиться, выдернуть себя из воспоминаний в реальность.

Рэймонд достает телефон и, немного подумав, решает звонить не брату. Из трубки доносится приятный, но чуть сонный женский голос.

– Алло?

– П-привет, – Рэй запинается, пока старается не стучать зубами так сильно, – это Рэймонд Дэвис, мы обменялись номерами в аэро...

– В аэропорту, – девушка заметно грустнеет при упоминании прошлой Ночи в Опере. – Привет, Рэй, уже думала, что ты не позвонишь.

Сосредотачиваясь на звуке ее голоса, Рэймонд понимает, что дрожь потихоньку отступает.

– Вот, звоню сейчас, – он так и не придумывает, что ей ответить, не говорить же, что не решался позвонить, потому что боялся отказа. – Энид, не хочешь встретиться где-нибудь через неделю? В среду, нет, лучше в пятницу. Мы могли бы поужинать вместе и...

Он замолкает, чувствуя неловкость.

– Да, хорошо, я как раз вернусь домой к тому времени. У тебя есть место на примете?

Дэвис облегчённо выдыхает и не может сдержать улыбку, слыша, как Энид воодушевляется.

– Доверюсь твоему выбору.

– Тогда мне придется устроить допрос, чтобы узнать, есть ли у тебя аллергии и какую кухню ты любишь.

– Хорошо, мисс Макнамара, я готов сотрудничать со следствием и дать показания.