???

Трансляция Волкова. Условие на смерть грома…

Мария, стремительно скрылась в кабинете, захлопнув за собой дверь. Ледяной ужас сковал ее сердце, парализуя волю. Слабость растекалась по телу, а в голове, бардак. "Что делать? Что, блять, делать?!" Архипова люто ненавидела моменты бессилия. Решение должно быть принято мгновенно, четко, ведь на кону – жизни людей. В запасе оставалось всего два с половиной часа, а она не могла даже собрать мысли в единое целое. В панике Маша судорожно вцепилась в край стола. Руки дрожали, ноги, ослабев, отказывались держать ее, и она медленно сползла на пол, все еще цепляясь за спасительную опору. В глазах все плыло, а по щекам градом катились слезы – то ли от отчаяния, то ли от леденящего страха перед бездействием.

Женщина зажала рот руками, пытаясь заглушить рвущийся наружу крик.

Но из этого кошмара ее вырвало аккуратное, робкое прикосновение девичьих пальцев. Тихое, исполненное нежности: "Мария Андреевна?.. "

Архипова едва дышала. Ее взгляд, затуманенный и испуганный, метался по лицу журналистки.

Мария Андреевна уже не помнила, как поднялась, как выдавила из себя хоть слово, как вообще оказалась в объятиях этой молодой девушки. Ей было все равно… В кольце рук этой яркой, искрящейся Юлии Пчелкиной было невыносимо тепло… Холодная, всегда строгая Мария Андреевна Архипова, генерал-лейтенант из Москвы… уткнувшись носом в нежную, теплую шею Юли, тихо всхлипывала, судорожно сминая ее одежду в своих пальцах.

Юля гладила Машу по спине, тихо шептала о том, что все будет хорошо, что они обязательно что-нибудь придумают, что они найдут выход.

Пчёлкина успокаивала ее легкими поцелуями в макушку и осторожными, ободряющими поглаживаниями.

Что они придумают… Что они сделают? А уже неважно. Главное – вместе.