«Жадность аптекаря»

«Жадность аптекаря»

Канал „Zeitung und Zeit“, Дмитрий Кошацкий


«Старая аптека» („Alte Apotheke“)

Криминальная хроника: через неделю начинается суд над аптекарем Петером С., 47 лет, который обвиняется в том, что в течение многих лет разбавлял изготавливаемые им лекарства хлористым натрием и другими бесполезными веществами, которые снижали, а то и вовсе сводили до нуля действие медикамента. Прокуратура обвиняет Петера С. в том, что только между 2012 и концом 2016 года он с целью наживы изменил рецепт приготовления 62.000 порций лекарств. Ущерб, нанесенный больничным кассам, составил почти 56 миллионов евро. Ущерб, нанесенный здоровью пациентов, не поддается описанию. Петер С. поставлял свои лекарства 37 врачам в 5 федеральных землях Германии. Эти лекарства принимали около 4000 человек. Многие из них сейчас уже мертвы, другие – тяжело больны. Невозможно с последней уверенностью сказать, как мошенничество Петера С. повлияло на развитие их болезней. Следствие смогло предъявить С. лишь нанесение телесных повреждений в 27 случаях и надеется, сможет доказать их в суде. Хотя на совести С., возможно, сотни человеческих жизней, ему угрожает максимально 10 лет тюремного заключения.

 

Журналисты газеты „Die Zeit“, телекомпании NDR («Северное немецкое телевидение») и независимого журналистского объединения „Correctiv“ провели совместное журналистское расследование. Они разговаривали с жертвами и членами их семей, полицейскими, которые вели следствие, экспертами-медиками. На основании этого материала был создан документальный фильм, который 7-го ноября транслировался по центральному телевидению и  обширная статья, которая была опубликована в свежем (№46) номере газеты „Die Zeit“.

 

Петер С. был единственным ребёнком в семье. Его родители тоже были аптекарями. «Старая аптека» („Alte Apotheke“), расположенная в самом центре города Боттропа на Церковной площади, находится во владении семьи с 1937-го года. Бывшие одноклассники описывали Петера С. как аутсайдера, склонного к полноте, замкнутого мальчика. Они рассказали, что Петер хотел стать банкиром, но, видимо под давлением родителей, пошел изучать фармацевтику. По свидетельству знакомых, Петер С. нелестно отзывался о своих родителях, а мать почти что ненавидел. С 2009 года аптека целиком перешла в его распоряжение. Уже на тот момент аптека имела разрешение производить медикаменты для химиотерапии и терапии с антителами и являлась «особенной аптекой для препаратов против рака», одной из 200 подобных аптек в Германии.

В таких аптеках медикаменты изготавливаются по рецепту врача индивидуально для каждого пациента. Конкретная смесь зависит от возраста, веса и других факторов. Эта смесь поставляется в больницу или в частный врачебный кабинет, где вводится в организм больного при помощи капельницы. После этого аптекарь выставляет счёт больничной кассе. Петер С. регулярно использовал меньшее, чем необходимо, количество химических веществ, а иногда просто заполнял капельницу раствором хлористого натрия. Одна такая «пустая» капельница могла принести ему несколько тысяч евро. Впрочем, следствие не смогло установить в действиях Петера С. какого-то определённого шаблона. Дорогостоящие лекарства он разбавлял с такой же регулярностью, как и дешевые, как будто в угаре, как будто наслаждаясь властью над жизнью и смертью.

Выходец из состоятельной семьи, С. никогда не испытывал материальных затруднений, но благодаря своим махинациям стал очень богатым человеком.


Преступная деятельность Петера. С. была пресечена благодаря двум сотрудникам его аптеки. У многих подчиненных С. вызывало удивление, что их начальник регулярно пренебрегает установленными правилами гигиены: заходит в лабораторию в уличной обуви или не надевает халат. Нередко использовались химические реактивы с просроченным сроком годности. Для всех, кто приготавливал лекарства, был обязателен «принцип четырех глаз» — кроме шефа. Но сотрудники молчали: С. платил своим работникам как минимум на 20% большую зарплату, чем в остальных аптеках города. «Если всё это раскроется, то я ничего не видела и не знала!» — эта фраза одной из лаборанток запала в голову Марии Кляйн, которая в 2015 году поступила работать к Петеру С.. Кляйн уже тридцать лет работала ассистенткой у разных аптекарей, и атмосфера «Старой аптеки» показалась ей более чем странной. Ощущение, что «здесь что-то нечисто» сложилось и у Мартина Порволл, который в середине 2014 года занял пост заместителя директора по финансовой и организационной части. Две сотрудницы одновременно подали заявления с просьбой уволить их по собственному желанию. В разговоре c Порволл они рассказали, что хозяин систематически манипулирует дозами лекарственного вещества. Мартин Порволл не имел образования фармацевта, но как бухгалтер мог проверить справедливость этих слов. В январе 2016-го года ему подвернулся случай провести ночь в аптеке, пока рабочие устанавливали новую холодильную установку. В эту ночь Порволл проверил все документы, связанные с лекарством Opdivo и установил, что хозяин выставил счета на сумму, соответствующую 52 граммов вещества, в то время как было закуплено всего лишь 16 граммов – стоимость 36 граммов С. положил себе в карман. Посоветовавшись со своим адвокатом, Порволл обратился в полицию. Примерно в то же время одна из окрестных больниц возвратила обратно в аптеку капельницу, которая была выписана уже умершему больному. Вместо аптеки Мария Кляйн отнесла её в полицию. Экспертиза показала, что в капельнице был лишь раствор хлористого натрия — говоря по-русски солёная вода. 29 ноября 2016-го года Петер С. был арестован. По свидетельству очевидцев, С. абсолютно не удивился, когда у дверей аптеки его встретила полиция. Он спокойно отдал все ключи и попросил разрешение позвонить адвокату. 

 

Что дало возможность Петеру С. в течение пяти лет обманывать врачей, больничные кассы, а самое главное — ничего не подозревающих пациентов?

«Это звучит цинично, но терапия рака является бурно развивающейся отраслью. 500 000 человек заболевают каждый год в Германии. Стоимость лечения всех пациентов составляет 4 миллиарда евро каждый год» — пишет „Die Zeit“. Этот рынок делят между собой немногие фармакологические концерны, несколько дюжин оптовых торговцев, полторы тысячи частнопрактикующих врачей и 200 так называемых «специальных» аптек. Одна из этих аптек принадлежала Петеру С., а до этого его родителям.

В Германии действует т.н. «принцип свободного выбора аптеки». Лечащий врач не имеет права предписывать своему пациенту, в какой аптеке он должен покупать лекарства. Исключение составляют раковые заболевания. В этом случае врачи решают, в какой аптеке для пациента будут изготовлены их индивидуальные лекарства. Уже официальный гонорар аптекаря при этом составляет значительную сумму. Поэтому средства от лечения рака на врачебном жаргоне называется «фармацевтическим золотом». Выбирая аптекаря своего доверия, врач решает, чей торговый оборот может достигнуть шести миллионов евро в год. Что же нужно сделать аптекарю, чтобы врач выбрал именно его? Он может, например, предложить врачу стать его партнёром. В последнее время участились факты такого нелегального партнёрства. Некоторые врачи взимали деньги за так называемые «консультационные услуги», которые никогда не были оказаны. Некоторые снимали помещения для своих частных кабинетов у аптекарей и платили им символическую арендную плату.

 

Петер С. тоже знал, как произвести хорошее впечатление на врачей. Каждый раз, когда выходила новая модель айфона, он посылал своего знакомого в ближайший Apple-Store с крупной суммой наличных денег. Затем С. лично обходил знакомых врачей в округе и дарил не только врачом, но и всему обслуживающему персоналу новые телефоны. Один врач-онколог очень любил кошек. Однажды утром этот врач обнаружил у крыльца своего дома кошачью статую из темного камня весом в 300 кг. Возможно, этими «мелкими услугами» объясняется тот факт, что ни один врач не захотел признавать какое-то ухудшение здоровья своих пациентов после того, как они принимали изготовленные C. лекарства.

Газета „Die Zeit“ цитирует депутата бундестага Карла Лаутербаха от социал-демократической партии, который уже много лет выступает за то, чтобы проводить терапию рака только в больницах и этим ликвидировать переплетение «специальных» аптек и частных врачебных кабинетов. «Нынешнее положение вещей способствует мошенничеству и коррупции» — говорит Лаутербах — «Для частнопрактикующего врача соблазн нарушить закон гораздо больше, чем для наемного сотрудника больницы». Также государственный контроль над аптеками слишком слаб. Проверки аптек производятся в среднем один раз в три года, причем аптекарей предупреждают заранее. Проверки без предупреждения тоже возможны, но их производят только в случае конкретного подозрения.

 

За семь лет Петеру С. удалось стать одним из самых влиятельных людей в городе Боттроп. С. построил виллу в самом дорогом районе города, виллу, которая всем своим видом показывала превосходство над остальными того, кого когда-то не любили в школе. Всё подвальное помещение занимала огромная модель игрушечной железной дороги; из ванной второго этажа горка вела в бассейн на первом, сад должен был быть переделан в тематический парк с зонами для Атлантиды и мира сказок братьев Гримм. В этом огромном мире сказок С. жил один: он был разведен и бездетен.

Но на строительство виллы ушла незначительная часть неправедно нажитых доходов. Одним за другим скупал С. дома в историческом центре города, особенно в радиусе 150 метров от своей аптеки. Многие врачи стали его арендаторами. В бывшем шахтёрском городе, который до конца не преодолел последствия смерти каменноугольной промышленности, С. удалось стать меценатом. Когда обер-бургомистр выступил с проектом бесплатного Wi-Fi в центре города, но из-за растущих цен не смог его финансировать, С. пожертвовал 30 тысяч евро. Проблема была решена. Петер С. был первым председателем «Городского Общества поддержки медицинских центров для смертельно больных людей», организовывал сбор средств и сам много жертвовал. Кто мог подумать, что такой филантроп мог осознанно вредить другим людям? И, тем не менее, у полиции была возможность начать расследование гораздо раньше. Как и в настоящем детективном романе первый шанс остался неиспользованным.

 

В декабре 2013 Ральф У. находился, по собственным словам, «в новой фазе своей жизни»: он хотел наконец-то рассчитаться со своим прошлым. Частью этого прошлого было и его жена. Жена Ральфа была 10 лет ассистенткой аптекаря С. и рассказывала своему мужу о том, что там происходило, не скрывая и конвертов с наличкой. Эти конверты, которые супруга приносила домой в конце каждого месяца, были дополнением к зарплате и годовым премиальным в размере трех месячных зарплат. Получка жены могла достигать 6000 евро в месяц — огромная сумма для ассистентки аптекаря. «Я тогда ещё подозревал, что что-то нечисто и говорил — не бери эти деньги, дорогая, на них кровь!» — утверждал У. корреспондентам „Zeit“. Эти же самые слова он сказал и комиссарам полиции, которые допрашивали его в 2013 году. Проблема была в том, что допрос происходил в камере тюрьмы города Виллиха, где Ральф У. отсиживал срок за сексуальное насилие нас своей 16-летней дочерью. Из тюрьмы У. написал заявление в полицию, в котором обвинил С. в сокрытии налогов и использовании просроченных медикаментов. Допрос проводили два полицейских комиссара города Боттроп. Как выяснилось позже, один из них хорошо знал С.: они оба были членами стрелкового клуба. Комиссары советовали У. серьезно подумать над своими словами, которые могут иметь для него серьезные последствия. «Но в тоже время у меня сложилось впечатление, что комиссары верят мне: откуда я мог знать такие подробности, если не от моей жены?» — рассказывал У.. Но к тому времени уже бывшая жена У., с который тот не виделся со дня своего собственного суда, не подтвердила его показания. На письменный запрос полиции адвокат С. назвал обвинения чудовищными по отношению к человеку, который всю свою жизнь посвятил заботе о людях и помогает всюду, где только может. В конце 2014-го года дело в отношении С. была закрыто. В ответ на запрос журналистов прокуратура города Боттроп ответила: «Исходя из вновь открывшихся фактов, мы сожалеем о том, что первое расследование привело к неудовлетворительным выводам».

После ареста Петера С. аптеку вновь переняли его родители. Кроме Марии Кляйн и Мартина Порволл только одна бывшая сотрудница С. согласилась дать показания против своего шефа. Прокуратура также начала расследование против двух врачей.

Журналисты „Die Zeit“пишут, что аптекарь также как и врач, полицейский и пожарный являются наиболее авторитетными профессиями в Германии. Хорошо, если бы так было и в будущем.


Это был сокращенный перевод статьи «Жадность аптекаря» („Die Gier des Apothekers“).

Авторский коллектив: Marcus Bensmann, Hüdaverdi Güngör, Anna Mayr, Daniel Müller, Niklas Schenck, Bastian Schlange, David Schraven, Oliver Schröm

Немецкий оригинал статьи насчитывает 5148 слов и доступен пока только абонентам газеты.

Спасибо за внимание!

Мы в телеграме: http://t.me/ z_u_z_ru/

В интернете: https://tgstat.ru/channel/@z_u_z_ru