Токсичный капитал. Почему иностранные стартапы отказываются от российских инвестиций

Токсичный капитал. Почему иностранные стартапы отказываются от российских инвестиций

Трансформатор

Время чтения: 7 минут

Фото Dan Kitwood / Getty Images

Что мешает российским игрокам инвестировать за рубежом? Большинство экспертов сходятся в том, что российских инвесторов там вообще не ждут

Ежегодно мы проводим опрос «Венчурный барометр», в котором управляющие фондами (частными, государственными, корпоративными) и бизнес-ангелы помогают определить ключевые тренды индустрии, факторы влияния и барьеры для роста. Благодаря тому, что данные собираются ежегодно, а участники рынка не только констатируют факты, но и дают прогнозы, Барометр «выдает» не сиюминутную картинку, а рассматривает «объект» в динамике.


Западная ориентация

Если смотреть на итоги исследования с высоты птичьего полета, 2017 год стал для венчурной индустрии временем стабилизации. Рынок перестало будоражить: медленно, но верно он развивается, переползая (именно переползая, а не перескакивая) на новый этап — отнюдь не быстрого, но стабильного роста. Инвесторы скромны в своих ожиданиях — нет ни пессимизма, ни эйфории, они не строят наполеоновские планы, но и не уходят в подполье.

Они научились выживать в условиях нестабильной, подверженной политическим рискам экономике и практически полного отсутствия доступа к западным капиталам. Они трезво оценивают свои возможности и не питают иллюзий. И только одна мечта продолжает бередить умы венчурных игроков — выйти на западный рынок. Несмотря ни на что: ни на изоляцию России на международном уровне, ни на настороженное отношение запада к нашим капиталам, ни на крушение иллюзий быстрой экспансии — международные амбиции российских инвесторов никуда не исчезают.

Причина, по которой наши инвесторы рвутся на запад, вполне понятна — это способ минимизация странового риска. Кризис 2014 год отбросил всю венчурную индустрию далеко назад, сведя на нет достижения нескольких лет. Рубль рухнул, а вместе с ним упала стоимость большинства проинвестированных российских компаний, капитализация которых измерялась в рублях, а полученные инвестиции — в долларах. Весомое число западных стратегов, рассматривающих нашу страну как пространство для дальнейшей географической экспансии своего бизнеса, отказалось от этих планов: многие намечавшиеся «выходы» исчезли в мгновение ока.

Российским инвесторам стало очевидно, что спасти почти полностью потерявший одновременно и стоимость, и ликвидность портфель (и, хотя бы, частично обезопасить его на будущее), можно только значительно увеличив в нем долю проектов, ориентированных на международные рынки сбыта. В разгар кризиса в конце 2014 года более 30% респондентов признали, что Россия больше не является интересной для инвестиций страной, а более 70% собирались инвестировать и в нашей стране, и за рубежом. Многие фонды действительно нацелились на зарубежные проекты — израильские, американские, азиатские, на рынки, где экономика более предсказуема, а компании изначально строят глобальные продажи. Некоторые вообще целиком свернули свою работу в России и перебрались за ее пределы, чтобы сфокусироваться на инвестициях в местные инновации.


Возращение инвесторов

Прошло два года. Новый «Барометр» зафиксировал: в 2017 году продолжали инвестировать те же 92%, что и в 2016 году, при этом процент тех, кто работает с российскими стартапами, отнюдь не снизился, и даже наоборот — немного подрос, до 79% (против 70% в 2016 году). Исключительно в западные проекты стали инвестировать почти в два раза меньше участников: 13% против 22% в 2016 году. Все вернулось на круги своя: этот показатель соответствует уровню 2015 года (те же 13%). В 2016 году оптимизма прибавилось: почти половина инвесторов увеличили число стран, в которых они сделали инвестиции (48%), а вот в 2017 году этот показатель снизился до 36%. Прогноз 2016 год на уменьшение российской доли портфолио (с 33% до 25%) не оправдался. Среднее число чисто российских проектов в портфелях наших инвесторов не меняется уже третий год и составляет около 60%. Как говорит один мой коллега по цеху: «где родился, там и пригодился».

Что мешает нашим игрокам инвестировать за рубежом? Большинство экспертов сходятся в том, что российских инвесторов там вообще не ждут, тем более в топовых сделках.

Иностранные предприниматели априори воспринимают капиталы российского происхождения как источник «неумных» и опасных денег, как синоним коррупции. Истерия вокруг России приводит к тому, что западным партнерам проще не иметь дело с русскими, чем разбираться в том, кто прав, а кто виноват.

Американский фаундер с удовольствием возьмет в команду российских инженеров и программистов (в этом плане ничего не изменилось), а вот от российских инвестиций скорее всего откажется. У хорошего проекта и так очередь из желающих дать ему деньги, зачем ему какие-то непонятные русские, среди которых каждый второй (как рассказывают ему каждый день по телевизору) — либо хакер, либо нечистый на руку коррупционер?

Исключения конечно бывают, но тем инвесторам, кто все-таки прорвался, достаются проекты далеко не первого и даже не второго, а третьего и четвертого эшелона — в которые свои инвесторы особо и не рвутся. Но сделки второго уровня не приносят дохода, а значит весь смысл вложений сходит на нет: инвесторы теряют и фокус, и деньги.


Как перейти границу

Большинство опрошенных нами игроков считают, что есть только два способа обойти негативный отбор и, хотя бы, частично минимизировать риск неоправданных вложений.

Способ первый — выстраивать отношения с русскоязычными фаундерами. Их много и в Америке, и в Израиле. В Кремниевой долине 15% населения говорит по-русски, в Калифорнии русский язык третий по распространенности. Еще лучше и надежнее начинать эти отношения еще дома, в России — с теми проектами, которые стремятся работать за рубежом и рассматривают другие страны как потенциальный для себя рынок сбыта. Для такого рода компаний наши инвестиции могут стать финансовый мостиком, который поможет им осилить дорогу на Запад. Но чтобы помогать стартапам утверждаться на международных рынках, недостаточно время от времени жить в Кремниевой Долине, и тем более бывать там наездами. Более полезным и успешным всегда будет фонд, у которого уже есть активный офис в том регионе, куда нацелился масштабироваться стартап. Это поможет не только помогать «своим» подопечным — выходцам из России, но и стать «своим» для местных стартапов. 

Таким образом, другой способ получить доступ к качественным западным проектам — это по сути самому стать западным инвестором, понимающим всю местную специфику, интегрированным в местную венчурную среду и имеющим крепкую деловую репутацию. На это могут уйти годы, потребуется масса усилий, упорства и времени. И четкое понимание своей стратегии.  

Рассчитывать на то, что отношения с западным миром вскоре потеплеют и пробиваться туда станет полегче, боюсь, пока не приходится. Поэтому, как сказал один из наших экспертов, надо «толкаться локтями». И добавил: очень сложно поймать рыбку в незнакомом океане, где и так много хороших рыбаков.

Автор: Алексей Соловьев, венчурный инвестор, партнер iTech Capital


Источник

Report Page