РАССКАЗ «КОСМОС»

Тогда с головой нас увлекало только три вещи: секс, выпивка и ссоры. Вернее, не увлекало, а забирало все свободное и несвободное время. Сложно назвать это бытностью, рутиной. Мы занимались тем, чем хотели, невзирая на мнения близких, друзей и преподавателей, которые при любой удачной возможности учили нас жизни. Они все в один голос твердили, что мы просираем время. Дескать, наши сверстники уже давно о будущем думают, а мы все только курим и трахаемся, курим и трахаемся. Ну как так можно, ребята?

Мы все время занимались сексом. Со временем я буду сравнивать себя с Дином, для которого секс — божество. Но отнюдь я встречался не с Мэрилу, а жизнь мою описывал далеко не Керуак. Тем не менее, мы тонули. На ее теле не было ни одного места, которое я? в порыве возбуждения или чего-то там еще, не истерзал бы своим вниманием. Поцелуи, укусы, засосы, царапины, ссадины — сомнительное проявление любви, но такое необходимое подтверждение страсти.

Дни складывались в недели, недели в месяцы серой, беспросветной совместной жизни. Мы прошли от страха, до эйфории. От осознания того, что у нас будет ребенок, до мысли, что ненавидим друг друга.

Литры выпивки, поцелуи на подоконнике в каком-то общежитии, сортировка окурков от тех, что идут в помойку, до тех, что еще можно докурить. Молодость — временное явление. Сейчас я мало пью, постоянно читаю, и все больше провожу времени в раздумьях. Гармония, которая раньше не покидала меня, сейчас отошла на второй план.

В то время я очень хотел писать. Мне было что сказать миру, который меня окружал. Но вместо этого почти каждый день я слышал крики, получал пощечины, и ненавидел в себе человека, который не мог все это остановить. Она не видела во мне писателя, я не желал видеть в ней себя. Меня убивала мысль, что я так и не реализую в себе тот потенциал, которым меня обмазал архитектор c неба. Я мечтал завораживать читателя, но в реальности я всего лишь удивлял его своей несостоятельностью.

Однажды утром, в университете, я увидел свою милую мордашку на доске почета, мол, ГОРДОСТЬ ФАКУЛЬТЕТА. Это вам не херня какая-то, это ГОРДОСТЬ. Видимо, я сделал что-то такое, что осталось в истории ВУЗа. Наверное, показал, что мой факультет не такое уж дерьмо, как многие думали.

Её ссоры с родителями, вещи за порог и пиздуй отсюда подобру-поздорову к своему иллюзионисту (имея в виду меня). Её жизнь катилась вдоль дороги, будто она абсолютно ничего не весит. В то время как мимо нее пролетали жизни респектабельных сверстников, которые постепенно что-то добивались в жизни. Бытность затягивала на ее шее гордиев узел. Туже и туже.

Осознание пришло немного позже. Дескать, хватит. Она остановилась, подумала, и ушла прочь от меня. Прочь из этого города. Из этой страны. Из университета. Общежития. Она не ушла только из моих мыслей, прочно разместившись в моей голове на одной из полок, где хранится история.