Поэтесса-волонтер Лиза Готфрик. Из АТО – в Питер

Поэтесса-волонтер Лиза Готфрик. Из АТО – в Питер

Заметки Александрова

Летят, смотрю, украинские волонтеры, в АТО бывавшие и считавшие Донбасс оккупированным, летят в Россию по осени что твои журавли в тёплые края. О «раскаивающейся» волонтерше, майданной поэтессе Жене Бильченко тут на Конте только ленивый наверное не писал, а некоторые, как например осевший (или засевший) в Москве известный блогер из Сум даже прямой эфир с ней устроил, обсуждая животрепещущую проблему- как прийти к миру и возродить их Украину хотя бы такой как она была, только без ноцыстов и почему-то без российских флагов. Но то такое, можно вывезти литератора из Украины, а вот Украину вывести из них куда сложнее.

Тут помимо Бильченко еще поэтесса нарисовалась одна. Она, правда, не раскаивается ни в чем, но тоже собирается ехать в Питер, побороться на литературном конкурсе за Григорьевскую премию. 


 На конкурсе она будет выступать со своим литературным «шедевром» Галя Яровая, «кровавой национальной драмой», рассказывающей о том как чорнобрыва полюбила «москаля», да не просто «москаля» а чекиста, которого в припадке нацианальнай гиднасти убила, за что впоследствии кляты чекисты и её саму прикопали. Готфрик не скрывает, что её творение, войдя в сборник Российской поэтической премии будет таким себе культурным партизанством и я тут полностью согласен с ней кстати.




Некоторые почитатели творчества Готфрик выражают свой восторг как могут, я бы сказал – на пределе своих умственных способностей, порождая вот такие посты:


***

Перевод: эта история с готфрик и российской премией то так зол он, шо вообще непонятно, как можно шо-то там осуждать.

руская поэт из Украины, участница ато, выходит в финал российского поэтического конкурса с текстом о нквдшника, которого убила украинская девушка. при этом жюри конкурса уже зарезало несколько участников из молодых непризнаних республик с их рифмованимы битоописальческими потугами а-ля "хохлы сожгли родную хату". там в свинособак уже так полихае, шо любо-дорого смотреть, ах вы фашист, нет вы фашист, вы мните себя елитай, да она УКРАИНКА а премия руская. ах ах ах. сам Прилепин, блядь, залупа лиса, по коментарях бегает сопли роняет. а вы чего недовольные.

эта диверсия покруче покраска звезды на московском доме будет, это, блядь, охуенный удар по российской монополии на руский язык. в самую мякотку удар, в дыхалку свинособачои либеральной интеллигенции. за такое надо премию давать от Минкультуры, медаль от президента, и наградное оружие от сбу.

***

Гугл перевод кое как перевел этот полёт украинской мысли, и в одном я согласен полностью – это диверсия, только не по российской монополии на русский язык, нет. Какая может быть монополия на язык, на котором разговаривают люди, живущие в множестве стран. Когда волонтер, помогавшая АТОшникам и считающая Донбасс «оккупированным» едет в Россию побороться стихом про бандеровку, убившую НКВДшника за литературную премию, это даже не диверсия, а пиздец какой-то, скьюзми фор май френч. И дело там не в деньгах, там максимальная сумма денежной премии - $4000, а поэтесса-атошница последние копейки не считает, пока во всяком случае, впрочем она открыто это признает. Она едет для того, что бы насрать нам на голову, блть, культурненько так насрать в центре нашей культурной столицы. Ну а если реально завернули в её пользу участников из ДНР или ЛНР то это отдельный пидец. 

К слову, её кандидатуру на выдвижении в финал отстаивала (по словам самой же Готфрик) подруга-журналистка Аглая Топорова. Загуглил ради интереса – кто такая, выдал поиск в первых строках статью на украинском сайте с мнением этой самой Аглаи о том, как в Крыму при Украине круто было…

«По наблюдениям Топоровой, отношение приезжих из России к местным жителям заметно ухудшилось. «Наши русские люди смотрят теперь на крымчан, как на абсолютное говно: с одной стороны, нашим обидно, что ради всего этого бардака мы теперь французский сыр не едим, а с другой — русские предателей не любят, — пишет журналистка. — Вот украинский Крым был крутой… Почему у русских не получилось — вопрос.»


В завершении привожу несколько фоточек с ФБ нашей поэтессы – атошницы, времен её волонтерских наездов, скрин с поста в умершем ЖЖ про «оккупированный» Донецк, и сам стих, с которым она едет в Питер бороться за литературную премию. Стих, к слову, задолго до войны написан.



Там под одним из постов даже у нас сней срачик небольшой возник, когда Живой Журнал еще признаки жизни подавал. Лиза пыталась мне рассказать что у нас тут позиции исключительно в школах и детских садах...


Вот тут про "оккупацию" https://realiza.livejournal.com/2760827.html


Немножко из ФБ

Ну а вот и сам "шедевр"... 

Галя Ярова

Кровавая национальная драма

Осень разлила по долинам золотое.

Горько заплачет верба над водою.

Туман укутает серым долины.

Кровью нальются лапы калины.

Галю Ярову приговорили к расстрелу.

Вскоре пули дуры войдут в её тело.

Ей 18, тело налитое.

Сейчас я её тайну раскрою.

Ой ля, ой ля-ля

Полюбила Галя москаля.

Ой ля, ой ля-ля

Полюбила Галя москаля.

Подполковник чека Лев Лесов,

По кличке Зверь - известный повеса.

Но за амур с генеральской женой

Отправлен из Москвы,

Поо Львов, с глаз долой.

На дворе сорок шестой,

на пути у Зверя лучше не стой.

Лев спец по профилактике и выявлению.

Ликвидации и чистки, подавление сопротивления.

От комитета получено новое задание.

Обезвреживание отрядов УПА.

За выполнение – повышение в звании.

И, возможно, перевод обратно в столицу.

Кабинет, стол, портрет Калинина,

За окном поют птицы.

Зверь до обеда допросил трёх.

Куе зозуля, соловей – тьох-тьох-тьох.

Ой ля, ой ля

Полюбила москаля.

Ой ля, ой ля-ля

Полюбил москаля.

И вот, пришло время, обед.

Галя принлсит ему всё в кабинет.

На подносе у Гали красный борщ: кровь украинской земли.

Солнце льётся сквозь шторы, последние тёплые дни.

В миске вареники, сметана, на гранчаке холода налёт.

— Галя, закрой дверь на ключ, сюда никто не зайдёт.

На столе папки и протоколы допроса.

И вот, съеден обед,

В пепельнице окурок от папиросы.

У Льва нож за голяшкой.

У Гали пятый размер

под вышитой рубашкой.

Галя шепчет горячо:

— Любчику, виграй мєнє,

Сєрдцє моє не край!

Лев не привык медлить.

Давай, давай,

Галю нагибай,

Галю нагибай

Верба та калина

Верба та калина

Не ори так, сука,

В кобуре волына.

Верба та калина

Верба та калина

Не ори так, сука,

Прогни сильнее спину.

Ночью у Гали в хате такое,

Что порно это детские сказки.

Галя любит грубо,

Но знает толк и в ласке.

Кричит: щэ, щэ, глыбщэ, щэ!

Лесов от неё в шоке вообще.

Галя как летняя ночь хороша.

Тонкая талия, до пояса коса.

Чёрные глаза, чёрные брови.

Смесь молока, похоти и крови.

В понедельник любила,

во вторник любила, в среду любила,

А в четверг, в лес,

Где сидит сотник Тарас Скавчук,

Про шуры-муры Гали доходит слух.

— От жеж лярва, а шептала, що будэ чэкать.

Піду спалю їй хату, буде хвойда знать.

Пятница, ночь, галина хата.

Неужели Галя полюбила ката?

Просит ещё, говорит о любви,

Лесов верит, приходит без охраны,

Вот они в хате одни.

К плетню привязан его конь вороной,

Ставит Галю раком, берёт косу в руку,

Галя так стонет, что просто огонь.

После ночи Лесов прилёг задремать,

А Галя вспомнила, как убили отца,

Вспомнила, как обещала тарака ждать,

Вспомнила, как брат говорил,

Что только первый раз страшно убить.

Тут и пришло время Зверя погубить.

Взяла в руки нож, раз, два три,

В сердце как по маслу — за отца получи!

Фонтаном теплая кровь цвета борща,

Галя в горячке отрезала пальцы палача.

Колоть кабанчика - обычное дело,

Руки и ноги расстались с телом.

В багровых лучах утренней зари

Зверь Лесов лежит без головы.

Рот разрезан от уха до уха

Будет за любовь жестокая наука.

— Це тоби курва, за брата, це тоби за батька.

Руки в крови, в глазах слёзы и губы шепчут проклятья.

Галя знает, что ей не уйти.

Тарас только увидит, как в субботу утром,

Будут её на расстрел вести.

Зальётся Тарас горькими слезами,

Ой Галя, люба моя, сэрцэ мое, краля.

Кохайтеся, чорнобрывi, та не з москалями.

Рота, пли!

Упала Галя, туман рассеялся над полями.

2011

Наверное от такого шикарного перформанса в нашей культурной столице даже «историк» Коля ох**ть должен, не?